Выделите текст, чтобы комментировать.
Если раньше успех отрасли измерялся долей продаж в США и Европе, то сегодня — устойчивостью и способностью адаптироваться к новым рынкам. После двух лет снижения (–21% в 2022 году, –30% в 2023-м) российский экспорт программного обеспечения вышел из турбулентности: в 2024 году зарубежные продажи выросли на 2%, достигнув 5,66 млрд долларов США. По данным Отчёта РУССОФТ при поддержке АПКИТ – “Индустрия программного обеспечения в России 2025: как лидеры конвертируют цифровую трансформацию в прибыль”, этот рост стал символом возвращения стабильности. Главное — изменилась не просто география экспорта, а сама его логика.
Новая геоэкономика: экспорт смещается к БРИКС и Азии
До 2022 года около 70% зарубежных продаж приходилось на Европу и США. Сегодня более 40% экспортных поставок идут в страны БРИКС, СНГ, Юго-Восточную Азию и Ближний Восток.
Главные направления роста – Казахстан, Узбекистан, Индия, Вьетнам, Объединённые Арабские Эмираты. Там создаются совместные исследовательские площадки и центры разработки, а российские компании локализуют решения под национальные стандарты хранения данных. Если раньше ключевым экспортным товаром была лицензия на программный продукт, то теперь это модель co-development — совместной разработки. Партнёрства строятся на обмене компетенциями и создании общих платформ, что повышает технологическую автономию обеих сторон.
Реальные и формальные цифры: почему статистика занижает успех
Официальные данные Центрального банка России отражают только часть экспортных потоков. По международной методологии ООН в категорию «компьютерные услуги» не включаются коробочные лицензии, подписки, сделки через зарубежные дочерние компании и расчёты в криптовалютах. В результате часть экспортной выручки не попадает в статистику, оставаясь на счетах филиалов или проходя как платежи за интеллектуальную собственность и роялти. По оценкам РУССОФТ, реальные валютные поступления в 2024 году на 15–20% выше, чем показывают официальные данные. Это говорит о том, что значительная часть экспорта идёт в «скрытом» виде — через гибкие финансовые и технологические цепочки.
Новая валютная архитектура и расчёты в национальных валютах
После 2022 года российские компании начали активно использовать альтернативные схемы расчётов:
- партнёрские цепочки через страны БРИКС,
- сделки в криптовалюте и бартер,
- расчёты в юанях, дирхамах и рупиях.
Это позволило сохранить экспортные контракты и снизить зависимость от колебаний доллара. Для отрасли это стало не временной мерой, а новым стандартом устойчивости.
Экспорт интеллектуальной собственности опережает товарный
Особый рост зафиксирован по статье «плата за пользование интеллектуальной собственностью» – именно сюда попадают доходы от лицензирования, white-label-продаж (продажа под брендом заказчика) и экспорта библиотек искусственного интеллекта. Многие российские компании теперь экспортируют не готовый продукт, а программный фреймворк или интерфейс API, который партнёры используют для своих платформ. Это уже не просто “программный код”, а архитектура, встроенная в экосистемы доверия.
“Тихий экспорт” и формирование новых экосистем
Часть валютной выручки компаний не возвращается напрямую в страну, а идёт на финансирование зарубежных команд, маркетинг и инвестиции в совместные стартапы. Так формируется “экспорт компетенций” — особый формат, где продуктом становится не код, а экосистема знаний и связей. Если учитывать этот фактор, реальный объём экспортных поступлений может превышать 7 млрд долларов США. Это показывает, что Россия постепенно становится нетто-экспортёром цифровых компетенций, а не только поставщиком программных продуктов.
Центры R&D иностранных корпораций: трансформация вместо ухода
Параллельно происходит интересный процесс внутри страны. После 2022 года многие международные компании формально свернули деятельность, но не разорвали связи с российскими разработчиками. Объём услуг центров разработки иностранных корпораций в России составил в 2024 году ₽55,5 млрд (около 0,6 млрд долларов), показав рост на 2,7% в рублях. Такие центры становятся новым типом “внутреннего экспорта” — российские компании под своей юрисдикцией выполняют международные заказы по модели engineering-as-a-service (инжиниринг как услуга).
Кадровая устойчивость и рост зарплат
Несмотря на внешние вызовы, массовых увольнений разработчиков не произошло. Напротив, к концу 2024 года фиксировался обратный приток специалистов в локальные R&D-команды. Средняя зарплата выросла на 7–9%, а востребованность инженеров в сфере цифровой безопасности и искусственного интеллекта — на 15–20%. Это говорит о том, что российская ИТ-экосистема смогла удержать ключевой актив — человеческий капитал, который остаётся фундаментом технологического суверенитета.
Макроуровень: от торговли к партнёрствам
К 2025 году российский ИТ-экспорт входит в фазу новой зрелости:
- отрасль адаптировалась к альтернативным валютным маршрутам;
- экспорт ориентирован на дружественные рынки;
- компании переходят от поставок к партнёрствам;
- интеллектуальная собственность становится главным экспортным активом.
По прогнозу РУССОФТ, в 2025 году рост зарубежных продаж составит 15–18%, а доля экспорта в совокупном обороте индустрии приблизится к 25%. Главная тенденция — переход от экспорта программ к экспорту компетенций. Россия превращается в поставщика знаний, технологий и инженерных решений, встроенных в глобальные цепочки доверия.
Материал подготовлен:
- доцентом Кафедры бизнес-информатики Финансового университета при Правительстве Российской Федерации, к.э.н. Зубовым Ярославом Олеговичем,
- заместителем заведующего Кафедрой бизнес-информатики Финансового университета при Правительстве Российской Федерации Сергеевым Степаном Алексеевичем.
