Выделите текст, чтобы комментировать.
Как и когда появилась идея создания Международного военного трибунала? Какую роль сыграла советская сторона в его организации и проведении? Почему позиция Советского Союза, заключавшаяся с самого начала в необходимости суда, была чужда Великобритании и США на ранних этапах создания трибунала?
Сергей Лавров
Именно Советский Союз был главной движущей силой в вопросе инициирования дискуссий, а затем и создания трибунала. Вопрос о необходимости обеспечить неотвратимость наказания нацистских преступников впервые был официально поставлен в ноте советской стороны в ноябре 1941 г. Такие же ноты с приложением фактов кровавых, жестоких преступлений нацистов направлялись неоднократно, в том числе в 1942 г. и в 1943 г.
В 1942 г. было специальное Заявление советского правительства, которое призывало все страны сотрудничать в задержании, розыске, высылке и предании суду нацистских преступников. Поначалу наши британские и американские коллеги (хотя диалог с участием Советского Союза в таком составе «завязался» достаточно быстро) воспринимали эту идею прохладно по разным причинам. Но «на поверхности» выдвигался аргумент о том, что этот вопрос политический и, мол, не надо из него делать «судебные идеи».
В октябре 1943 г. на встрече министров иностранных дел СССР, Британии и Соединённых Штатов в Москве — она проходила в Особняке МИД России на Спиридоновке — среди прочих договорённостей было зафиксировано, что сотрудничество по выявлению преступников и преданию их суду будет налажено и организовано. Окончательно эта идея оформилась в Ялте, а на «бумаге» юридически закреплена в октябре 1945 г. в Лондоне, когда трибунал и был создан. Был подписан устав этого трибунала, который лег в основу всей дальнейшей деятельности.
Отмечу, что в ходе всех этих усилий Советский Союз действовал самостоятельно. Он не просто полагался на то, что мы создадим когда-то международную структуру, и она «восстановит справедливость». В 1942 г. была создана Чрезвычайная государственная комиссия по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков и их сообщников. Она аккумулировала факты, материалы и свидетельства очевидцев и организовывала несколько процессов в последующие годы и после завершения Великой Отечественной войны, в том числе в Краснодаре, Харькове и других городах. Опыт, накопленный в рамках этих судебных инициатив, активно использовался и в Нюрнбергском трибунале.
В итоге американцы и британцы согласились на создание судебного органа. Поначалу у них были сомнения. Существуют такие интересные факты.
На каком-то этапе тогдашний Президент США Ф. Д. Рузвельт сказал, дескать, зачем создавать трибунал, лучше просто показательно расстрелять 50 тыс. немецких офицеров. А тогдашний Премьер-министр Британии У. Черчилль тоже говорил, мол, лучше их убивать, а не судить. Это интересное наблюдение.
С другой стороны, в сдержанном поначалу отношении англосаксов к идее создания международного судебного органа просматривалось, как пишут современники в своих воспоминаниях, опасение, что судебное разбирательство каким-то образом «заденет» вопрос о первопричинах войны, о том, почему после Версальского договора страны, которые должны были обеспечивать сдерживание Германии при А. Гитлере, стали с ним сотрудничать.
Хорошо известно, что британцы в 1935 г. подписали с А. Гитлером морское соглашение, в соответствии с которым в грубейшее нарушение Версальского мирного договора они взялись единолично содействовать Германии в том, чтобы она в пять раз увеличила состав своих военно-морских сил по сравнению с ограничениями, установленными в Версальском договоре.
Безусловно, есть ещё такая вещь, как Мюнхенский сговор 1938 г., сыгравший решающую роль в том, что впоследствии получило название «умиротворение агрессора».
Нашим западным коллегам не хотелось слишком «уходить» в историю, чтобы она стала известна и о ней вновь заговорили. Эти факты тогда были хорошо известны. Надо отдать должное, что в итоге возобладало правильное понимание ответственности, и аргументы Советского Союза, который был главным инициатором и движущей силой в создании Нюрнбергского трибунала, были услышаны и приняты. Здесь наша роль абсолютно неоспорима.
Как Вы считаете, какова историческая значимость Нюрнбергского процесса в послевоенные годы? Как это повлияло на изменение мирового миропорядка?
Сергей Лавров
Постановление Нюрнбергского трибунала содержит принципы, впервые сформулированные в ходе того процесса.
Они легли в основу современного международного права.
Они отменяли право «сильного», закрепляли неприемлемость силовых методов и нарушение гуманитарных принципов в любых конфликтах.
Наиболее существенно принцип неотвратимости наказания за военные преступления, агрессию, за преступления против человечности, геноцид формулировался уже в международном, универсальном масштабе в ходе Нюрнбергского процесса.
Затем это органично отразилось в содержании многочисленных конвенций, принимаемых в ООН и других форматах. Также это нашло отражение в принципах международного права, которые легли в основу деятельности Комиссии международного права ООН. Международный суд ООН в значительной степени учитывает в своей работе то, что было сделано в Нюрнберге.
Особое значение Нюрнбергского приговора заключается в том, что он установил отсутствие сроков давности преступлениям против человечности, геноцида, военных преступлений.
Нацистская идеология, партия, такие структуры, как СС, СД и прочие были запрещены навеки. К огромному сожалению, эти части постановления сейчас подвергаются существенному испытанию и часто нарушаются.
Напомним
Ранее, 11 ноября, Лавров сообщил, что ФРГ как родина нацизма больше не чувствует покаяния и стремится вновь стать «главной военной силой Европы». Министр подчеркнул, что вся Европа подписалась под результатами Нюрнбергского процесса, которые являются частью фундамента международной системы, созданной после Второй мировой войны.
Немецкий журналист, автор проекта Anti-Spiegel Томас Репер 31 октября рассказал, что в немецком медиапространстве происходит систематический пересмотр исторических подходов к отношениям с Россией, когда прежняя политика сближения теперь трактуется как проявление слабости. По его словам, ранее считавшаяся достижением ФРГ восточная политика, направленная на сближение с Советским Союзом и продолженная в отношениях с Россией при бывшем президенте РФ Борисе Ельцине и президенте Владимире Путине, сегодня представляется немецкими СМИ как наивная ошибка.
