У портрета кисти Леонардо да Винчи есть имя

Выделите текст, чтобы комментировать.

Кардинал Луиджи де Арагона (1474–1519), cовершая частную поездку по Европе, 10 октября 1517 года посетил во дворце Ле Клу (вблизи Амбуаза) гения Леонардо да Винчи (1452–1519). Согласно дневниковой записи его секретаря дона Антонио де Беатиса: « 10 октября 1517 года монсиньор и иже с ним посетили в одном из отдалённых частей Амбуаза мессира Леонардо да Винчи, флорентийца седобородого старика, которому было более 70 лет (в действительности - 65) - самого лучшего художника нашего времени. Он показал его превосходительству три картины: одна с флорентийской донной, писанной с натуры (в действительности — с эскиза) по желанию Джулиана 2 ди Лоренсо ди Медичи, другую — Святой Иоанн Креститель в молодости и третью — Святая Анна с Марией младенцем Христом, все совершённы…». Художник не назвал этим людям имя донны, изображённой на первом показанном портрете.

Маркиза Мантуанская Изабелла де Эсте-Гонзаго. Наша версия

Маркиза Мантуанская Изабелла де Эсте (1474–1539) с 1490 года — Гонзаго через своих осведомителей постоянно отслеживала местонахождение гения Леонардо Да Винчи. Мысль заполучить свой портрет по эскизу, выполненному 13 лет тому назад у неё в замке, или любую другую картину этого прославленного мастера не покидала её. Узнав о возврате кланом Медичи 1 сентября 1512 года власти над Флоренцией и надеясь встретить там Леонардо, она направляется туда (180 км), якобы познакомиться с местной культурой и достопримечательностями. Муж Изабеллы маркграф Франческо 2 Гонзаго (1466–1519) не препятствовал жене. В 1512 году он вернулся домой из военных походов заражённый сифилисом и сидел в своём замке, корчившись от «французской болезни».

Статус Изабеллы и придворный этикет обязывал по прибытии в 1513 году во Флоренцию представиться правителю капитану-генералу Флорентийской Республики Джулиану II Медичи. Ему 34 года, ей 39 лет. Она была видная и высоко эрудированная женщина, получившая прозвище « Дама Возрождения». У них завязался роман, помешавший её встречи с маститым художником, к которому она приехала. Вскоре Папа Лев Х потребовал прибытия Джулиано в Ватикан на должность гонфалоньера Святой Церкви. Изабелла- это та женщина, о которой позже скажут: « Донна из Флоренции последовала за Джулиано Великолепным в Рим (220 км), где по его желанию Леонардо да Винчи написал её портрет в 1514/1515 году».

В Ватикане любовные встречи Джулиано II и маркизы Изабеллы проходили тайно в отдельных апартаментах дворца Бельведеро. Для посторонних и любопытных Изабелла ходит сюда позировать художнику, с которым знакома со дня венчания сестры Беатриче с Лодовико Сфорца 17 января 1491 года. От Леонардо требуется до конца «сеанса» Джулиано с Изабеллой сидеть за мольбертом и писать портрет Изабеллы. Но в отсутствие перед глазами натурщицы в лице Изабеллы, Леонардо не начал писать её портрет. У Леонардо появлась возможность написать по просьбе начальника папской канцелярии Бальдассаре Турини из Пеши небольшую картину, изображающую Богоматерь с младенцем на руках. Историк Джорджо Вазари (1511–1474) это подтверждает. Изабелле очень хочется пополнить свой « кабинет редкостей» в Тротто работой Леонардо да Винчи и она, думая что художник не ослушался гонфалоньера Джулиано, просит magistro дать ей то произведение, которое он написал за время, когда она была занята с Джулиано. Художник ответил. что написанная им картина ушла к датарию Папы Льва Х. Изабелла разочарована, но тут уж или портрет или « морковка ».

Стремясь «дожать» Леонардо, Изабелла апеллирует к Джулиано, мол прикажи. И патрон поручает написать портрет Изабеллы с натуры и не распространять сведения о ней. Но Леонардо уже обременён поручением Джулиано написать картину «Леду» со сроком исполнения 31 декабря 1514 года. В первых числах января 1515 года Джулиано поедет во Францию жениться на 17-летней Фелиберте Савойской, кузине короля Франциска 1 Валуа. Джулиано собирается подарить эту картину королю, теперь как своему родственнику по линии жены. Леонардо с поклоном отвечает, что две достойные его имени картины он до конца года написать не сможет. И спрашивает: «Кого писать, Леду или Изабеллу?». «Своя рубашка ближе к телу» и повелитель ответил: «Пиши Леду». А Изабелла ни с чем отбыла в Мантую (470км) праздновать Рождество Христово и Новый год в кругу своей семьи.

4 января 1515 года Джулиано отправился к невесте в Савойю с подарками. (Рим — Савойя 320км, Рим –Париж 1000 км). Нагая «Леда» королю понравилась настолько, что он дал Джулиано титул герцога Немурского и стал примерять своего нового родственника на Неаполитанский трон. «Леда» побывала в Фонтенбло, в Версале, в Тюильри, а потом пропала. Последний раз она упоминается в истории в 1694 году.

После отъездав Джулиано Леонардо в спокойной обстановке, разыскал свой экземпляр эскизного наброска головы Изабеллы де Эсте, сделанный на пергаменте карандашом в январе 1500 года в Мантуи, и написал с него в 1515 году в Ватикане полноценный портрет маслом на холсте размеро 61 х 46,5 см. Здесь она с пальмовой веткой в руке. Интересно, набросок «Монна Лиза», сделанный им в 1503 году первоначально тоже был с веткой в руках.

Контакт Леонардо да Винчи и Изабеллы де Эсте-Гонзаго в 1514 году в

Ватикане не «притянут за уши». Он действительно имел место. Подтверждён профессором Карло Педретти, руководителем Центра Леонардо Калифорнийского университета .

По нашему твёрдому убеждению именно этот портрет в числе трёх других портретов Леонардо да Винчи показал 10 октября 1517 года в ле‑Клу кардиналу Луиджи де Арагона и его секретарю дону Антонио де Беатис. На вопрос секретаря: «Кто на портрете?» Леонардо зная, что чета Гонзаго жива и чтобы не скомпрометировать маркизу Изабеллу, ответил уклончиво: « Донна, написанная с натуры по желанию Джулиано II Медичи».

Во время проведения весенних 1518 года, срежессированных Леонардо да Винчи празднеств в Амбуазе, в честь короля Франциска 1 (1494–1547), находящегося три года у власти, и по случаю рождения в семье первенца Франциско III (1518–1536), из художественной мастерской во дворце Ле — Клу под шумок исчезли три картины, показанные кардиналу Луиджи де Арагона 10 октября 1517 года. На одном из празднеств в массовке видели ученика художника по имени Салаи, который, по идеи, должен был находиться в Милане (950 км). Он был в женском платье, но его выдали мужские мускулистые ноги. Есть предчувствие, что Салаи причастен к пропаже портретов. Действовал он с ведома Леонардо да Винчи и Франческо Мельцы или без их ведома — мы не знаем. Шум никто не поднимал, учитывая, что кража или продажа этих произведений искусства могла быть в интересах короля-благодетеля.

То, что у Салаи «рыльце в пушку» говорит тот факт, что после убытия Леонардо осенью 1516 года в Амбуаз, Салаи несколько раз ездил из милана во Францию продавать свои (а возможно и те, что он ранее « увёл» у учителя) картины. Писатели Shell and Sironi в 1992 году упомянули документ, согласно которому мессир Салаи получил в королевском замке Блуа более 6000 лир за «некие расписанные доски», предоставленные королю Франциско 1 Валуа.