Выделите текст, чтобы комментировать.
Церковь вне России: как противостоять давлению на прихожан?
Не всё и всегда это так, как говорят и пишут, желательно отделять «мух от котлет» и небезупречные инициативы от их практической реализации.
В частности, «новости Волгограда» обеспокоены вопросом и предлагают версию, будто служба внешней разведки России заявила о новой фазе давления на православный мир. По данным «НВ» со ссылкой на СВР, Константинопольский патриарх Варфоломей при поддержке западных спецслужб пытается вытеснить русское православие из стран Балтии, повторяя сценарий церковного раскола, уже реализованный на Украине.
Политические инвективы по опыту Украины
Можно ли считать происходящее в странах Балтии прямым продолжением украинского церковного раскола и чем этот сценарий опасен для мирового православия?
Раскол в церквях разных духовных консисторий, религиозных конфессиях и деноминациях был всегда. Несмотря на соглашения о взаимном признании и сотрудничестве в окормлении паствы, заключенные между иерархами разных церквей в международном поле сотрудничества и в разные годы. Много соглашений не отменены и сегодня.
Настоящая ситуация, связанная с геополитическими катаклизмами и в частности с СВО в Украине, лишь сделала сии явления более яркими, осветила их, привлекала внимание.
Для «мирового православия» сей сценарий не опасен, поскольку истинно верующие не путают значение Бога и церковь. Иисус, как и христианские традиции вообще, только возвышаются от «гонений» и тем позорят неразумных врагов их.
К теме. В мире 264 разных, только христоцентричных деноминаций
Да, в странах Эстонии, Латвии и Литве по некоторым, не массовым, отдельным случаям заметны попытки негласного давления на приходы РПЦ МП. В том числе давления административного. Это следствие (отголоски) политической линии правительств конкретных стран.
Опытные и профессиональные иерархи безотносительно принадлежности к конфессии стараются дистанцироваться от политического давления в любой стране мира. С разным успехом это получается.
Противостояние вмешательству светских властей и политиков
Насколько допустимо вмешательство светских властей и внешних сил в церковную жизнь и где проходит граница между канонами и политикой?
Безотносительно страны и конфессии, граница в наше турбулентное время весьма условна и во многом зависит от способности конкретного пастыря противостоять всякому светскому, в том числе политическому влиянию. Как и в «трудовом кодексе» — «кадры решают все». Вот почему каждый проповедник, каждый церковный слуга Божий имеет влияние в этом мире.
Позабывшим учение Христа надо вспомнить, что Отец наш небесный не заповедовал ни политики, ни сребролюбия, ни иных значимых для душепопечения символов, кроме милости, человеколюбия, страдания и терпения (в том числе к врагам своим). На Его скрижалях нет медалей, государственных флагов или долларовых значков. Не надо возводить Бога в ранг начальника генерального штаба и президента.
Да, некоторые пастыри зависимы и ангажированы. Суетны и поражены гордыней. Но они, как и все мы, всего лишь люди, с грехами и несовершенством, хоть и «отцы преподобные», ничто человеческое им не чуждо. Но сие не значит, что с таких политически ангажированных деятелей надо брать пример.
Наше, как и паствы, дело не судить, а проявить милость. Скрижали и право справедливого суда только Ему ведомо.
Политика отделена от церкви. Ибо Богом для церкви и её слуг она не заповедана. Некоторые же практические случаи, ставшие в социуме предметом обсуждения и осуждения, когда священнослужитель проповедует о политике или пытается влиять на паству с политических догматов, являются частным мнением священнослужителя и свидетельствуют (как церковь о Христе, а не наоборот) о том, что конкретный канонник нуждается в обучении и, как минимум, беседе с вышестоящим иерархом, потому, что и для пастыря нужен пастырь.
Что касается СВО, видимой со стороны России, действительно и это подтверждено многими наблюдениями, в военной операции и по сей день нет ни капелланов и ни священников иных христоцентричных деноминаций, кроме православных. За редким исключением в командировках паству окормляют муфтии исламской традиции. В то время как среди группировки в сотни тысяч человек в войсках служат люди разного вероисповедания.
Последствия, ожидания и возможные действия
— Какие последствия подобные действия могут иметь для верующих и сохранения православной идентичности в Литве, Латвии и Эстонии
Для истинных православных верующих (которых в странах с католическим и протестантским влиянием в лютеранской традиции — как в Литве, Латвии, Эстонии, Финляндии и др. называют ортодоксальными) — никаких дурных последствий пока не предвидится. Ибо православная идентичность прихожанина не устанавливается приказом — решением конкретной церкви.
Опыт России
Пока официально та или иная религиозная конфессия в конкретной стране не запрещена законом, как, к примеру, запретили в Российской Федерации деятельность “свидетелей Иеговы”*, отобрав на основе судебных решений недвижимость по всей стране числом и стоимостью немалыми, а затем перераспределив её (к примеру, ФБГУ "НМИЦ им. В.А. Алмазова" Минздрава России получило комплекс зданий в пригороде Санкт-Петербурга п. Солнечное в 2019 году и создало там НОМБЦ с общежитиями для студентов) — пока конкретная церковь не запрещена, её прихожанам ничто не угрожает и бояться не надо.
В числе официальных попечителей НМИЦ им. В.А. Алмазова, возглавляемого престарелым академиком Шляхто, Г.О. Греф и В.И. Матвиенко (легко проверяемо) — это к вопросу о логике перераспределения изъятой у запрещенной в России организации “свидетей Иеговы”* недвижимого имущества на миллиарды рублей.
Видимо этот российский опыт “отжима” собственности решают взять как пример в странах, правительства которых желают уменьшит влияние и численность православных приходов.
В государственную собственность России “отжата” огромная территория площадью в несколько га. Мне удалось побывать на месте в 2018-2019 годах, когда процесс освоения НМИЦ им. Алмазова новой, отнятой у “свидетелей”* территории только начинался. Разумеется, свидетели Иеговы* как организация, признанная в России экстремистской, не рекламируется. Сведения о ней и опыте даны как иллюстрация к событиям и возможным решениям в Украине и Европе. Все-таки Россия дала этот почти уникальный в новейшей истории пример. Чего уж теперь… сетовать.
Большинство объектов переданы с неповрежденными коммуникациями.
Даже, если на храмы и приходы (в том числе православные в означенных странах) будет усиливаться административное давление (наиболее удобное — по услугам содержания территории и коммунальным) — что, кстати, противоречит действующим законам этих стран (к примеру, в России официально зарегистрированной религиозной организации, какой бы она ни была, нельзя даже присвоить статус «иноагента» — уже это показывает особую роль религиозных организаций и уважение государством культа) — даже тогда верующий может выбрать другой приход, сохранять постоянное духовное общение вне прихода на собраниях прихожан вне церкви, а также перейти на дистанционное, с помощью цифровых интернет–технологий общение, но не изменять Вере и Христу.
Христос был гоним. В том числе власть предержащими. И обывателями. Ф. Ницше верно писал: “толпа не будет петь осанну, пока не въедешь в город на осле”. Для гонимой церкви — это свято и традиционно, ибо церковь идет по Его пути.
На деятелях церкви, конечно большая ответственность, связанная с властью над прихожанами, влиянием на паству, и свидетельством о Христе: "кому много дано, с того многое спросится". Однако, нельзя все сваливать только на их небезупречное руководство.
Самое главное противостояние глупости — какой бы они ни была, и от кого бы ни исходила в том, чтобы (кроме Веры) "включать" каждому для себя и критическое мышление. Оно не позволит огульно рассуждать и давать без запроса оценки тем, кто так или иначе не согласен с другими или даже большинством. В какой бы стране это ни происходило.
Согласно нравственному императиву Канта, человек сам в себе цель и не может быть средством. Выше любых идеологий, концепций, государств, его предназначение никому не известно, никто не вправе его использовать; нравственно ли то, на что человек дает добровольное согласие; всякое принуждение безнравственно; расплата - страдания, разрушения и вражда.
Позабытая мотивационная фишка. Многие утопают в соревнованиях с другими, чтобы не дай Бог «не быть хуже». И хвастают этим. Но когда у тебя высокий рейтинг, становишься его заложником и начинаешь ухудшаться. В фирмах и коммерческих компаниях измеряют индекс потребительской лояльности (Net Promoter Score, или NPS). Это требует постоянного совершенствования, и… отнимает энергию и ресурсы. Считая и поддерживая положительные оценки, лайки и прочую профанацию, мы отрываемся от реальности и зависимы, как от наркоты или кока–колы. Лучше концентрироваться на том, что можно улучшить, не боятся показать, что не идеальность — не проблема, тогда ты развиваешься. Когда некуда ухудшаться — я живу спокойно и припеваючи. Так что не судите, да не судимы будете.
