Выделите текст, чтобы комментировать.
На этот раз в суде обсуждались земельные участки и жилые дома в селе Усады Лаишевского района, оформленные на Радика Хаертдинова. Прокуратура настаивает, что это имущество принадлежало семье Фаттахова. Однако защита представила документы, которые ставят эту версию под сомнение.
Чья на самом деле спорная земля в Усадах?
Прокуратура утверждает, что Хаертдинов был лишь номинальным собственником, а реально землей и домами в Усадах распоряжалась семья Фаттахова. В подтверждение истец ссылается на протокол допроса Хаертдинова на следствии, где тот говорил, что не знал о сделках и лишь подписывал документы по просьбе Ильнара Фаттахова. Также прокуратура указывает на несоответствие доходов Хаертдинова (456 тыс.руб. за 2015–2017 годы) и суммы приобретённого имущества (более 8 млн руб.).
Однако защита представила иную картину. Согласно материалам дела, Хаертдинов ещё в 2014 году взял участки в аренду, лично подписывал договоры и акты приема-передачи. В 2018 году он выкупил их у муниципалитета по установленной льготной цене. Договоры купли-продажи подписаны им собственноручно. Впоследствии он же занимался строительством домов, платил налоги, а затем продал объекты независимым покупателям.
Доверенности, выданные Ильнару Фаттахову (от 2018, 2019 и 2020 годов), по словам защиты, касались лишь помощи в бюрократических процедурах — размежевании участков, взаимодействии с госорганами. Они не означали передачи права собственности или экономической выгоды семье Фаттахова.
Таким образом, прокуратура не представила ни одного прямого доказательства того, что приобретение и продажа участков в Усадах были связаны с Энгелем Фаттаховым или его семьёй. Напротив, защита документально подтвердила самостоятельное участие Хаертдинова в сделках.
Показания под давлением: что на самом деле говорил Хаертдинов
Ключевой документ, на который опирается прокуратура, — протокол допроса Хаертдинова от 26 ноября 2024 года. Защита заявила, что эти показания были даны под давлением. Сейчас позиция Хаертдинова иная: он подтверждает своё личное участие в сделках и отрицает, что действовал в интересах Фаттахова.
Суд поинтересовался, обжаловались ли действия следователя, но защита пояснила: главное — донести до суда актуальную позицию доверителя, которая подтверждается документами, а не словесными заявлениями, сделанными под давлением.
В судебной практике показания, полученные с нарушением, не могут быть безусловным доказательством. Тем более когда они опровергаются письменными документами, подписанными лично свидетелем.
Итоги суда
После рассмотрения очередных эпизодов претензий прокуратуры по иску к семье Фаттаховых стало очевидно: истец не обладает бесспорными доказательствами того, что Хаертдинов был лишь номинальным собственником, а сделки с земельными участками в селе Усады – фиктивными. По сути, прокуратура опирается только на показания Хаертдинова в уголовном деле. Однако они противоречат ряду юридически значимых документов по самим сделкам, которые были представлены защитой.
В судебном заседании суд правомерно поднял вопрос о наличии доказательств связи Энгеля Фаттахова с данными сделками. В ответ истец вновь сослался лишь на показания Хаертдинова из уголовного дела, которые, к слову, по его утверждению, были даны под давлением и в стрессовой ситуации.
В частности, предстоит установить:
- каким образом производились расчёты с покупателями – наличными, безналичными, с составлением расписок;
- кто был заказчиком строительства домов на участках;
- куда поступили вырученные средства.
Стороны обязались представить дополнительные письменные пояснения к следующему заседанию. Однако уже сейчас очевидно, что бремя доказывания лежит на истце. Именно прокуратура должна подтвердить, что средства от продажи недвижимости поступили в пользу семьи Фаттахова, а не Хаертдинова.
Пока таких доказательств нет. Более того, сам Хаертдинов через своего представителя отрицает, что передавал кому‑либо деньги от этих сделок.
Что дальше
Рассмотрение оставшихся эпизодов перенесено на 27 апреля. Суд предложил сторонам подготовить уточненные позиции.
Однако уже сейчас можно сказать: защита последовательно доказывает, что имущество в Усадах не имеет отношения к семье Фаттахова, а прокуратура, по сути, пытается приписать бывшему чиновнику сделки, которые он не совершал.
