Выделите текст, чтобы комментировать.
Государственный комитет обороны нужен не только и не столько даже для того, чтобы обеспечить наших героев, солдат в окопах, боеприпасами, техникой и вооружением, сколько для изменения деятельности российской власти и реализации национально-освободительных реформ по укреплению суверенитета в Российской Федерации. То есть это штаб этих реформ.
Понятно, что если бы за единую власть проголосовала больше половины источника власти, то таким штабом был бы политический орган — Государственная дума.
К сожалению, этого не произошло. Поэтому сейчас Государственная дума разделит власть внутри себя на те партии, которые поддержаны источником власти. Вы сейчас увидите, что комитеты получат те партии, которым источник власти предоставил власть на этих выборах, пропорционально предоставленной ими власти.
То есть получила какая-то партия такое-то количество голосов источника власти — то есть, смотреть надо не на количество мандатов, а на количество голосов. Столько эта партия получит комитетов и куска власти в Государственной думе.
Так что пропорция будет приблизительно такая:
«Единая Россия» — чуть больше половины, вторую половину получат альтернативные партии, а значит, власть будет расколота и раздроблена на вот эти альтернативные партии, которые, собственно, и выбрал источник власти. Вот какой процесс. Соответственно, Государственный комитет обороны, если он будет создан сейчас, будет значительно ослаблен, потому что его тоже придётся создавать в точке влияния и власти пропорционально этим голосам, которые определил единственный источник власти. Это ослабит его. Но тем не менее он все равно нужен.
Понятно, что у источника власти через какое-то время, после очередного резкого ухудшения ситуации и получения новых тягот и лишений, связанных с вооружённым конфликтом, поменяется точка зрения, и мы получим дополнительное количество голосов за единую власть. Как это будет реализовано — не знаю.
Я думаю, что будет кризис, и в рамках этого кризиса будет социальный конфликт, который покажет новую расстановку сил. То есть не 40 миллионов, а за единую власть и безопасность будет больше. Ну там 50, 55, 60 и так далее.
Как только эта цифра превысит половину, то есть 57 миллионов, вот с этого момента начнутся, собственно, нодовские реформы по укреплению суверенитета.
Вот если так грубо описать ту ситуацию, в которой мы находимся. Соответственно, Государственный комитет обороны — это централизация власти для победы. Не для целей обслуживания собачек. Вот как у нас говорят: я разговаривал с людьми, они говорят, что не голосовали за централизованную власть, потому что «Единая Россия» не тот закон приняла по поводу чипирования собак. Ну то есть человек поставил свою личную жизнь и жизнь своего ребёнка ниже, так сказать, какой-то услуги вокруг собак. Ну, значит, этот человек пройдет через тяготы и лишения вооружённого конфликта, получит беспилотник в окно и так далее, пока для него важность его собачки, которая, конечно, важна, окажется все‑таки ниже его выживания, выживания государства и всего общества. И это касается не только собачек, это касается других мотивов принятия решений избирателей на выборах.
То есть голосуют не за победу, не за централизованную власть, которая единственная может обеспечить победу, а за какие-то другие приоритеты. Это как история 1917 года, когда народ поставил другие вопросы: социальные, классовой борьбы, а не выше вопроса Отечества. Получил Гражданскую войну, а потом Вторую мировую, Великую Отечественную войну. Ну и, естественно, распад государства, войны с другими — с Финляндией, Польшей и так далее. Но это, как говорится, на то он и источник власти, чтобы принять то решение, которое он считает нужным, в том числе негативное для него лично. Вот это, собственно говоря, тот процесс, в котором мы находимся.
