Выделите текст, чтобы комментировать.
Теперь уже всем очевидно, что из‑за введенных против России санкций на всё и вся, нам потребуется гораздо больше “продуктов” и услуг отечественного производства, от семенного посадочного материала до лекарств и чипов для “ракет”.
Другими словами, для тех областей и сфер деятельности, в которых преимущественно был импорт, теперь же дополнительно потребуется собственная рабочая сила.
А вот с ней, с силой-то, у нас очевидная демографическая проблема!
Так занятых из трудоспособного возраста в России на 2020 год было всего 70 из 146 миллионов человек населения страны, а численность работающих в “реальном секторе экономики” составила лишь 43% от 70 миллионов.
В этой ситуации, для выхода на объёмы выпуска необходимой продукции и предоставления услуг, другого варианта, как трудосбережение у нас попросту нет!
Считаем, что на сегодня для России это одна из сложнейших проблем, но без её, хотя бы сносного решения, перспектив подлинного развития мы не видим!
Объективности ради отметим, что эта проблема в нашей стране проявила себя уже на рубеже 70-х годов прошлого века, чему мы были не случайными свидетелями. В качестве примера, небольшой исторический экскурс.
В те уже далёкие времена в промышленности Советского Союза, а мировым лидером к тому моменту была однозначно Япония, стала развиваться и наша робототехника.
Использовались и импортные роботы, и скопированные с чужих, и роботы собственной конструкции и собственного производства. Одно из таких производств достаточно удачных роботов типа МП было организовано в г. Тольятти.
К концу 1985 года в СССР количество промышленных роботов приблизилось к отметке в 40 000 штук, что составило около 40% всех роботов в мире.
Появились, как отдельные робототехнологические комплексы, гибкие роботизированные линии, так и отечественные безлюдные производства, способные с привлечением минимального числа персонала, работать круглые сутки. Особенно хорошие результаты технология роботизации показала себя в производстве массовой продукции гражданского назначения.
Апофеозом успехов роботизации к началу пресловутых 90-х, стал автоматический полет, и особенно, автоматическая посадка космического корабля “Буран”, к сожалению, только узким специалистам понятной, какой же сложности была эта, блестяще решённая задача! Ведь даже у бывших “партнёров”, такой опции в функционале их “Шаттлов” не было.
Но одновременно с достигнутыми успехами, стали проявляться и чрезвычайно негативные тенденции.
По существу, ещё только на заре “эры роботов”, так называемыми “экономистами”, был вынесен вердикт об экономической нецелесообразности роботизации серийного производства!
К примеру, создав на одном из предприятий роботизированный комплекс для штамповочного производства установили, что дальнейшее продолжение работ в этом направлении не целесообразно — комплекс получился действительно дорогим, а заменил всего-то навсего одну штамповщицу с небольшим по тем временам окладом в 120 рублей. Аргументы разработчиков, обративших внимание, в частности на травматизм этих самых штамповщиц, порой по одному отсечению их пальцев рук в год, на “высоколобых” не подействовали. Дальше, больше. В начале 90-х полностью прекратив финансирование работ, уничтожили уже состоявшиеся коллективы разработчиков, как в НИИ, так и на производстве, а узлы и запчасти к роботам сдали в утиль! Потребовались дополнительные складские помещения, несмотря на мольбы оставшихся ещё инженеров.
Другой пример, теперь из конца нулевых. Где‑то с 2008 года по России пошла словно “эпидемия” борьба за т. н. “Бережливое производство”, спущенная от вышестоящих руководителей. Предписывалось всем и срочно создать эти самые бережливые производства. В частности, в кратчайшие сроки перейти на “вытягивающее” производство.
Ответственно заявляем, досконально разобравшись в этом вопросе, что те руководители, которые так поставили вопрос, “слышали звон, да не знают где он”! Те же “кайдзен-предложения” (а это не что иное, как наши добрые “рацпредложения”, более полувека верно служащие улучшениям на производстве), или “быстрая” переналадка, известная инженерам ещё с 70-х годов, и другие “новшества” с иноземного плеча — в большинстве случаев, не более, чем хорошо забытое старое.
Господа-менагеры не удосужились, хотя бы прочесть книгу “Производственная система ТОЙОТЫ” Тайити Оно — японского инженера, автора этой самой системы, заслуженно завоевавшей признательность во всем мире, и не только в автомобилестроении. Понять, а что же в ней действительно новое и самое главное!
Ведь именно этот японский опыт и послужил отправной точкой того, что в последствии и назвали у нас “Бережливым производством”.
Не занимая более вашего внимание, рекомендуем для сообразительных ещё раз взглянуть на название его книги!
Видите, в этом названии книги, как нам кажется, про “бережливое” производство вроде как речь вовсе и не идет, а напротив, уходя от массового производства всё внимание обращают на устройство “производственной системы”. Вот здесь собака-то и зарыта!
А что же на практике, слепо подражая иноземцам, у нас за более чем десять лет в очередной раз‑то получилось с “улучшениями” нашего многострадального производства?
Как оказалось, вы не поверите, свою лепту внес обычный перевод — с начала с японского на английский, а потом и на русский. В результате часть важных японских смыслов об улучшениях и необходимых построениях производственных систем, просто исчезли из внимания, и соответственно, из их обсуждения. Как правильно считают дотошные блюстители чистоты нашего языка, перевод с японского нам следует понимать как “производство без потерь”. Только и всего, а всем всё становится ясно, как божий день!
Свою посильную помощь оказали и сонмы иностранных консультантов, стройными рядами хлынувшими в Россию. Нам довелось их услышать и ознакомиться с результатами выполненных ими работ. В подавляющем большинстве сплошная банальность в приводимых иллюстрациях тех или иных технических и организационных решений, хорошо знакомых тем же инженерам ещё с советским инженерным и экономическим образованием. Но наши не посвящённые в эту тематику слушали их с открытым ртом, не подозревая что почти все, за бесплатно, могут почерпнуть из обычных учебников по организации машиностроительных производств. К слову, эти иноземные “ребята” вели себя достаточно самоуверенно и вызывающе, как будто перед ними были какие-то папуасы, и ведь не без основания — за свои экскурсы они от нас щедро получали по 1000 и более долларов в день, что по тамошнему курсу соответствовало где‑то по 30 000 целковых!
Так что же у нас, в конце концов получилось? После нескольких лет эйфории от “золотого ключика”, всё стало так, как и должно было случиться: шумные форумы и яркие пиар-компании участников движения “За бережливое производство” постепенно сошли на нет, а кто без лишнего шума над проблемой работал, так и продолжает работать, добиваться хороших результатов. Но этих — меньшинство, статистика от консультантов удручает (желающие найдут её в интернете), оказалось, что тех кто начинал усовершенствования производства, потерпело крах 80%.
И наша последняя иллюстрация того, что российская проблема трудосбережения не только сложная, но и весьма серьёзная с точки зрения организации её успешного решения.
Ещё 7 мая 2012 года был подписан Указ Президента РФ “О долгосрочной государственной экономической политике”, в котором в ставилась задача “создать и модернизировать 25 млн высокопроизводительных рабочих мест к 2020 году”.
Судя по тому, что мы ежедневно наблюдаем, хотя бы и на наших улицах, на сегодня этот указ в полном объёме не выполнен!
Может быть, мы и не исправимые фанатики прогресса, но очень уж хотелось бы повсеместно видеть совсем другую картину, которая как в одной капле воды, демонстрировала бы нам наши очевидные успехи, наше движение.
Ну а выводы, как говориться, уважаемые товарищи, делайте сами!
Мы, совершённо далёкие от политики люди, конечно же, имеем и свое частное мнение, свои версии на то, а чтобы надо бы делать.
Одна из них – без выкорчёвки источников наших проблем, именно выкорчёвывания, да при том системного, ждать зримых подвижек похоже не стоит, хотя всех нас время и поджимает.
