Перемирие России и Украины по итогам встречи Путина и Трампа на Аляске

Не переоцениваем ли возможные результаты саммита на Аляске? Можно решить исход СВО за переговорным столом России и США без стран ЕС и Украины? Об этом в статье.

Политика и власть. Способы, переговоры, мотивы и решения

Политика, как и власть — прежде всего видимость. Мнения в социальных сетях так называемых «диванных аналитиков» можно считать миллионами, реакция на инфоповод и возбуждение от социально значимой темы предсказуема. Желательно не «гадать» и строить версии, а опираться на факты и ещё более — на знание поведенческих паттернов лидеров стран. Они проявляются на протяжении нескольких лет.

Если Путин говорит о себе действиями по вполне понятной логике, то Трамп говорит и действиями (противоречивыми, но это не значит — глупыми) и в книгах. Чтобы предсказывать с большой эффективностью “любителя сделок” надо внимательно его читать — там он более последователен (в текстах), чем в эпатажных заявлениях для СМИ.

О чем бы человек ни говорил — он говорит о себе. В этом смысле уместно опираться не на желания граждан или президентов, а на аналитику их действий в типичных ситуациях.

Перспективы саммита 15 августа на Аляске

Существенные сдвиги в российско–украинском конфликте уже происходят. В сравнении с 1–3 прежними годами — сдвиги существенные. Очередные переговоры, теперь на высшем уровне, предполагаются результативными.

Во–первых, главы государств на высшем уровне никогда не встречаются без предварительной и многоплановой подготовки силами сотрудников МИД и межправительственных консультаций. В социум о таких событиях почти не сообщают (и вообще дозируют информацию), но сие не значит, что работа не ведется постоянно и в большом объёме. Ведутся консультации, общение, по сути — переговоры дистанционно и очно по линии МИДа. По линии правоохранительных органов ведётся «общение» в соответствии с соглашениями касательно выдачи преступников, Интерполом. По линии военных ведомств — также.

На политическом уровне ещё в 1950–х годах ХХ века приняты (не обозначенные широко) межправительственные договорённости и созданы комиссии по урегулированию политических кризисов между США и Россией. Они активизируются во время кризисов, что и позволяет предотвращать такие «запущенные» политиками коллизии как Карибский кризис 1962 года.

В наше турбулентное время — всё то же.

Ядрёной войны между США и России не будет. На крайнем этапе обострения вступает в действие система урегулирования кризиса и высшие должностные лица договариваются, ослабляя градус напряжения, заходят в компромисс. Ядрёная война никому из политиков не нужна — все стараются сохранить активы. Но… провоцировать, «путать» противника, бравировать, сотрясать воздух словами и демонстрировать возможности «мускул армий» — на это всё политики способны. Поэтому градус напряжения в обществе не постоянный, периодически возрастает и снижается даже после «просто слов» какого–либо политика — за ними видят тенденции. Но это — слова.

Встреча президентов Путина и Трампа будет относительно результативной уже по своему факту. Она готовилась их многочисленными помощниками в течении текущего года. Повестка определена. Решения ожидаемы и подготовлены. Иначе президентам на таком уровне нет смысла встречаться.

Уже сегодня — до встречи — понятно какие инициативы будут иметь развитие, какие – нет. Чтобы точно знать об этом — надо работать как минимум в аппарате Лаврова, в МИДе.

Аналитически можно сказать, что всех вопросов мира встреча на Аляске не решит. С учётом сформированного в Европе мнения поддержки Украины и поставок оружия, с этим будут считаться. Это как в судах — любое значимое для дела обстоятельство принимается во внимание. Поэтому встреча эта не окончательная, а предварительная, уточняющая позиции и концепции.

Будут обговорены варианты действий сторон. Уже это приблизит понимание. В том числе из личного общения будут сделаны выводы о том, что можно ожидать от условного оппонента. На уровне интуиции и с подтверждением разведданных, имеющихся в распоряжении каждого президента, будут сделаны — уточнены выводы о «границах», в которых можно действовать дальше — экспериментировать с другим для достижения своих целей. В этом смысл встречи в верхах.

Всё остальное уже понятно. Правда, как и решения, будут примерно посередине — относительно тех версий, которыми нагнетают социум СМИ.

Что касается бравирования перед встречами такого масштаба — о намерениях — они делаются всегда, чтобы создать поле для маневрирования в политическом переговорном процессе.

То есть с жёсткой, сильной и уверенной позиции — отступать, а не со слабой позиции — наступать. Эта нормальная не только политическая, но вообще переговорная логика среди профессионалов во всех смыслах. Поэтому Россия тоже уступит в деталях относительно Украины. Вопрос именно в деталях.

В отличии от доморощенных и глупых «патриотов», питающихся только лишь телевизионной и интернет–пропагандой, и авторитетным мнением таких же ангажированных экспертов, не учитывающих иные источники информации (ибо в их распоряжении таковых нет), Путин понимает, что реальные ресурсы страны невелики и сокращаются — в разных сферах по–разному, но тенденция очевидна. Никакого «можем повторить» уже нигде не звучит. Да и ранее не могли. Просто генералы о состоянии дел врали, чтобы оправдать свою деятельность. Дальнейшее обострение приведет страну к коллапсу в том числе в политической и экономической сфере. Не «прям завтра», но приведет.

Трампу обострение внутри России тоже не выгодно. Но и он понимает состояние России: спутниковая разведка в США отлажена не в разы, а в сотню раз лучше, чем в стране Путина. В причинах и разница в военных бюджетах, и количественная группировка спутников, и разница в освоении передовых технологий. Путин понимает, что если перекрыть доходы от энергоносителей в частности «нефтяной государственный бизнес», Россия инертно, но потеряет возможности производства вооружений и ещё более — экономический статус, уже сегодня относительно некрепкий.

Путин знает о том, что об этом знает Трамп. И наоборот.

Да, силы ещё есть и характерные бойцовские качества президента России «на лицо», но и он не глуп. Санкции тоже мешают — реально.

О позиции Путина и реакциях на неё

Путину надо выйти из проблемы с сохранением лица, он хочет это сделать максимально выгодным способом. То есть любое решение в России будет объявлено «победой». Ну, это, понятно — для электората. А в деталях пирровой победы разбираются люди более глубоко анализирующие и информированные, в том числе информированные о реальных возможностях армий потенциального противника и состояния экономик разных государств.

Консолидация в Европе на уровне правительств и даже в социуме уже достигнута. Ситуация подошла к тому, что «границы» уже обозначены, дальше слабины ждать не приходится. Путин, если говорить объективно и с позиции гражданина страны — очень неглупый человек и сделал для России, для престижа и роста вооружённых сил, для самосознания русского человека, много. Но дальше открытые противоречия — кому и что сделал много — полно нюансов (его также любят, как и ненавидят); общество разделено, хоть и с завязанными ртами.

Но Путин не психический ещё больной. Если российский истребитель сбит над территорией Турции (а не Сирии — как врали в СМИ — у нас любят лгать и с «Курском» и с «Чернобылем» и вообще, причины — отдельная история), президент России не конфликтует. Так, для показухи, может начаться только «помидорная» война поставок из Турции.

Если по конъюнктуре ситуации надо сдать Асада, он за Сирию воевать не будет. Да ещё на «два фронта». Не «самоубийца». Всё это признаки (причем с систематическим подтверждением) психической адекватности человека, первого гражданина Отечества. В психологии именно этими терминами (адекватно–неадекватно) определяют ситуации, а не в дуальной паре «хорошо» или «плохо», как делают комментаторы дилетанты и болото мнений в социальных сетях.

Поэтому говорить Путин может сколько угодно — на публику и «для Трампа» о величии и историческом значении страны (кто с этим спорит-то?), пугать ракетным потенциалом со специальными боеприпасами, приплетая сюда «орешники» и Лукашенко со страной по численностью менее одной Москвы, и прочее, прочее.

Это такая политика блефа. Впрочем, вполне обоснованная. Политика трикстера. Условная политическая провокация: «мы сейчас заявим (или ударим) и посмотрим — как отреагируют». И пока получалось. Но проблема в накопительном эффекте. Он достигнут. По крайней мере в Европе.

«Капиталисты» ничего не делают просто так. И, если процесс экономических санкций запущен, они не будут ослаблены одномоментно. То же касается «границ» позиций. За один день, и даже за один год, послаблений не будет.

Основное противоречие не в том, что Путин плох или хорош, а в том, что по мнению европейцев президент России нарушил понятный миропорядок взаимоотношений стран. А если причина нарушений не устранена, давление на Россию не прекратиться. А сил «взять» Европу у Путина сейчас нет. Что бы ни вещали на публику наши пустобрёхи в Государственной Думе.

Последствия переговорного процесса

В этом смысле переговоры Путина и Трампа — какими бы выдающимися они не состоялись — всех проблем и противоречий с европейцами не решат, и поддержку Украины не ослабят.

Сегодня русских в Европе боятся и опасаются (типично), но не уважают. СВО многим и в разных сферах, в таком виде как сейчас, мешает.

Разумеется, это далеко не все аргументы насущной экономико–политической ситуации. Весь клубок противоречий знает и Трамп, и Путин. Поэтому если Трамп согласился на эту встречу на высшем уровне (как и Путин) после колоссальной подготовительной работы, следовательно, оба понимают, кто и до какой степени будет (может) «двигать назад», к компромиссу в отношении Украины свои политические позиции и амбиции. А в деталях могут быть нюансы и условные неожиданности в зависимости и от личного общения президентов. Поэтому в точности предсказать исход переговоров на Аляске затруднительно, но тенденциозно, с учётом рассмотренных аргументов — возможно.

15 августа 2025 года и позже, армия России ещё из Украины не выйдет. И боевые действия не прекратятся. Будут обозначены границы продвижения и «демаркационной линии» с санитарной зоной, вопросы контроля (обеспечения) достигнутых договорённостей, достигнута договорённость о прекращении огня — в той или иной форме, сначала с ограничениями в формате моратория на удары в разных сферах и способах, затем только в перспективе возможна полная остановка боевых действий. Без президента Украины эта ситуация действительно не решается. Нужно его согласие. Которого и будут добиваться в том числе Трамп с давлением и манипуляциями оказываемой помощи.

Президент Зеленский действует примерно по той же «президентско–политической» логике. Твёрдые заявления, обоснованные в том числе конституцией страны, в переговорном процессе будут смягчены — с желанием компромисса. В Украине от войны тоже многие устали. Поэтому перед переговорами такого уровня много политических манипуляций для «развешанных ушей», а компромисс предполагает реальные уступки со всех сторон. Если бы такой тенденции, и её понимания в верхах не было, переговоры Трампа и Путина не могли бы состояться.

Соответственно будут на саммите решения в сторону мира. Но до мира ещё далеко. В этом смысле предполагаемые субъективно результаты переговоров многие переоценивают. Но саму значимость переговорного процесса переоценить нельзя. Процесс в сторону мира запущен и идёт. Без стран ЕС и Украину проблему мира в Украине решить не получится. Да это все стороны понимают.

Путин и Трамп не без оснований надеются (и это их сближает), что договорившись между собой, затем с помощью экономического, военного и политического давления с разных сторон им удастся вынудить Украину к уступкам территорий по плану, выгодному высшему руководству России.

Встреча с президентом Зеленским состоится. Без неё никуда. Но основное давление будет исходить в зависимости от того, насколько на саммите 15 августа на Аляске сблизятся президенты США и России в личном общении и понимании границ действий каждой стороны. Такова логика политического процесса.