Выделите текст, чтобы комментировать.
Экологическое налогообложение, призванное сократить загрязнение и стимулировать использование более чистых технологий, включает в себя, введение углеродного налога с 2026 года. Давайте разберемся, что за очередной антинародный закон и почему мы должны платить за воздух.
Что такое углеродный налог
Введение нового обязательного платежа, по замыслу, должно уменьшить загрязнение и стимулировать переход к более экологичным методам производства. Однако существует и противоположная точка зрения: такая мера может увеличить издержки бизнеса и отпугнуть инвесторов.
Углеродный налог — это сбор за использование ископаемого топлива (угля, нефти, газа и т. д.). При сжигании этих ресурсов, состоящих из углерода и водорода, выделяется тепло, но также образуется углекислый газ (CO2). Этот газ накапливается в атмосфере, задерживая тепло и способствуя глобальному потеплению.
Углеродный налог является ключевым инструментом в мировой политике, направленной на сокращение и последующий отказ от использования неэкологичных ресурсов. В настоящее время, это единственный способ компенсировать ущерб, наносимый природе потребителями такого топлива.
Инициаторы этой меры надеются, что достаточно высокий налог станет сильным стимулом для бизнеса к переходу на возобновляемые источники энергии.
Поскольку количество выделяемого CO2 прямо зависит от содержания углерода в топливе, налог можно взимать на ранних этапах — при добыче или импорте сырья (как это делается, например, в США), что упрощает администрирование.
Изменение климата и глобальное потепление
Эта официальная информация, которая нам подается под предлогом доброго дела. Помните Гретту Тунберг, которая вещала о глобальном потеплении.
Напомним:
Грета Тунберг — шведская экоактивистка, получившая международную известность за продвижение мнения о неизбежном экзистенциальном кризисе для человечества в результате изменения климата.
Сейчас становится понятно, что теория глобального потепления — это всего лишь теория, которая в конечном итоге должна превратится в борьбу с каждым жителем планеты.
Конечно изменения климата существуют, но проблема не носит таких масштабов и тех проблем в которые нас заставляют поверить.
Еще в 2015 году в Парижском соглашении ставили амбициозную цель: ограничить рост глобальной температуры до полутора градусов Цельсия к середине века, вместо двух. Однако достижение этой цели потребует радикальных мер, включая сокращение выбросов CO2 с 55 до 40 гигатонн и, как следствие, уменьшение промышленного производства на 27,5%.
Такая цена за климатические цели вызывает вопросы о целесообразности и может быть расценена как сознательное нанесение ущерба. Мнения ученых, ставящих под сомнение антропогенный характер климатических изменений, игнорируются, а в документах ООН используется формулировка, позволяющая вводить ограничения даже при отсутствии доказанного ущерба.
В основе "зеленой" повестки глобализма лежит идея сокращения выбросов, или "углеродного следа". Однако за этим стоит нечто большее…
Идея по вводу углеродного налога
Приверженцы системы личных углеродных квот (PCA) полагают, что она установит прямую связь между поведением потребителей и проблемой глобального потепления, поскольку граждане станут отдавать предпочтение экологически чистым источникам энергии, топливу и продукции.
Такая система будет стимулировать компании с минимальным уровнем выбросов углерода.
«На долю личного потребления приходится примерно 45 процентов выбросов углерода в Великобритании», — отмечает доктор Тина Фосетт, временно исполняющая обязанности руководителя энергетической программы Оксфордского университета и специалист, уже почти два десятилетия изучающая эту идею.
«Индивидуальные лимиты выбросов могут стать простым и доступным инструментом для снижения углеродного следа», — считает она.
Идею PCA впервые предложил эколог-писатель Дэвид Флеминг в 1996 году, назвав её «торгуемыми энергетическими квотами» (TEQ).
В 2006–2007 годах министр окружающей среды Великобритании Дэвид Милибэнд поручил подготовить два аналитических отчёта о перспективах внедрения подобной системы. Как отмечал он, концепция обладает «простотой и изяществом, которые поощряют бережное отношение к углеродным ресурсам».
2030: Персональные углеродные квоты
Технократы стремятся установить контроль над общественной энергией, что позволит им управлять всеми людьми, поскольку жизнь современного общества немыслима без энергии. По сути, подобная система уже действует: деньги, контролируемые частными банками, являются формой энергии. Однако концепция углеродных кредитов выводит эту идею на новый уровень.
Представьте мир, где каждая потребность человека — от еды и питья до передвижения, использования техники и даже дыхания — будет ограничена его личным углеродным лимитом.
Если же эти лимиты окажутся под полным контролем технократов, то любой, кто им не угоден, может быть мгновенно отключен от системы, что повлечет за собой катастрофические последствия в реальной жизни.
Разработка введения углеродного налога
Разработка системы "личных квот на выбросы углерода" (PCA).
Эта концепция, активно обсуждаемая на Западе в контексте "декарбонизации" и фактического ограничения доступа граждан к современным технологиям под предлогом защиты окружающей среды, предполагает внедрение персонального контроля над потреблением.
Мир запугивают прогнозами о значительном росте температуры (до 2,9 градуса), что, по мнению сторонников "нулевого роста", требует жесткой политики. "Низкоуглеродное" развитие преподносится как часть постэпидемического восстановления, благоприятного для "зеленых" инноваций.
Для тотального контроля над населением планируется использовать искусственный интеллект и большие данные.
На сайте Всемирного экономического форума, который проходит в Давосе, есть статья под названием: “Мой углеродподход к созданию инклюзивных и устойчивых городов”.
Идея, изложенная в статье, — сокращение индивидуальных выбросов, которые, хотя и меньше выбросов от транспорта или строительства, всё же остаются одним из главных факторов загрязнения городов.
Авторы предлагают создать персональные углеродные трекеры на блокчейне для учёта личных выбросов, а также для лучшего выбора продуктов питания и контроля потребления.
Кроме того, в статье говорится, что искусственный интеллект поможет укрепить бизнес-модели цикличной экономики через некую Product-as-a-Service систему, объединяющую данные о продуктах и пользователях.
Все эти разговоры ведутся уже более десятилетий. Вот например в статье: Personal carbon allowances revisited, тоже говорится о необходимости получения персональных, углеродных квот (PCAs) в достижении амбициозных климатических целей.
Для тех, кто знаком с повесткой дня Нового Мирового Порядка (НМП), понятие "климатические цели", означает стремление:
Ограничить потребление энергии человеком искусственным путем.
Создать пропагандистскую кампанию, убеждающую людей в том, что, соглашаясь на самоограничение, они якобы спасают планету и заботятся об окружающей среде.
Вот несколько цитат из исследования:
Здесь мы обсуждаем, какую роль персональные углеродные квоты могут сыграть в достижении амбициозных целей по смягчению последствий изменения климата. Мы утверждаем, что недавние достижения в области ИИ для устойчивого развития, а также необходимость низкоуглеродного восстановления после кризиса COVID-19, открывают новые возможности для персональных углеродных квот. Кроме того, мы представляем принципы проектирования будущего внедрения персональных углеродных квот, основанных на Целях устойчивого развития. Мы приходим к выводу, что персональные углеродные квоты можно было бы опробовать в отдельных технологически развитых странах, озабоченных изменением климата, с учетом потенциальных проблем, связанных с интеграцией в текущий комплекс политических мер, проблемами конфиденциальности и последствиями для распределения ресурсов.
…в странах с высоким уровнем дохода, квоты могут охватывать около 40% выбросов углерода, относящихся к энергетике, включая выбросы углерода отдельными лицами, связанные с поездками, отоплением помещений, нагревом воды и электричеством. Предусматривалось, что квоты будут вычитаться из личного бюджета при каждой оплате транспортного топлива, топлива для отопления дома и счетов за электроэнергию. Люди, испытывающие нехватку квот, смогут приобрести дополнительные единицы на личном углеродном рынке у тех, у кого есть избыток для продажи. Новые, более амбициозные предложения по персональным углеродным квотам включают выбросы в масштабах всей экономики, охватывающие, например, продукты питания, услуги и выбросы углерода, связанные с потреблением.
… предполагается, что персональные углеродные квоты обеспечат изменение поведения, связанного с выбросами углерода, с помощью трех взаимосвязанных механизмов: экономического, когнитивного и социального. Подобно налогу на выбросы углерода, предполагается, что экономический механизм персональных углеродных квот, в первую очередь, будет влиять на принятие решений путем назначения видимой цены на углерод для покупки и использования энергии, основанной на ископаемом топливе, и, возможно, также для выбросов, связанных с потреблением, в более продвинутых проектах персональных углеродных квот. Однако, в дополнение к экономическому механизму, эти квоты направлены на то, чтобы влиять на поведение в области потребления энергии, повышать наглядность выбросов углерода, путем привлечения внимания пользователей к проблеме углерода в их повседневной работе; и поощрять бюджетирование выбросов углерода. Кроме того, предполагается, что общая цель сокращения выбросов и равного распределения персональных углеродных квот на душу населения будет направлена на создание социальной нормы низкоуглеродного поведения.
Барбара Баарсма, возглавляющая Rabo Carbon Bank (структуру нидерландского банка Rabobank), активно продвигает концепцию "Personal Carbon Wallet". Эта инициатива предполагает создание индивидуального рынка углеродных квот.
Согласно этой идее, перед совершением действий, связанных с выбросами, например, авиаперелетом, гражданам может потребоваться приобрести соответствующие углеродные кредиты.
Барбара Баарсма объясняет:
"Мы предлагаем каждому домохозяйству или гражданину Нидерландов выделять определенный лимит на выбросы углекислого газа, который будет храниться в персональном углеродном кошельке. Если кто-то захочет совершить полет, он сможет приобрести права на выбросы у тех, кто не имеет возможности или желания их использовать. Это позволит менее обеспеченным людям получить дополнительный доход. Аналогично, владелец небольшого жилья может продать свои излишки прав на выбросы тому, кто живет в более крупном доме. Таким образом, люди с низким доходом смогут извлечь выгоду из развития "зеленой" экономики."
Идея персональных углеродных кредитов обсуждалась еще в 2019 году на Всемирном экономическом форуме, членом которого является Барбара Баарсма. С тех пор эта тема постоянно присутствует в повестке форума в Давосе, обрастая новыми деталями и принципами.
Мы видим, как на наших глазах разворачивается сценарий реализации новых, весьма сомнительных практик.
В конце октября австралийский гигант CommBank внедрил для своих клиентов опцию «оплаты за грехи» (pay a fee) — по сути, индульгенцию за их углеродный след.
В партнерстве с CoGo, стартапом, предлагающим решения по управлению углеродом, банк превращает ваши покупки в наглядные, душещипательные метрики вины: «ваше потребление равносильно вырубке 8 деревьев или 3000 миль на бензиновом авто».
Цель очевидна: вызвать чувство вины и побудить к оплате, чтобы получить австралийские углеродные кредиты (ACCU). CommBank, активно занимающийся этим с 2021 года, фактически запустил антиутопический эксперимент с персональным рынком углеродных кредитов, и австралийцы оказались первыми в этой гонке.
Их подход, к слову, куда более изощрен, чем у Rabobank. Вместо прямого государственного принуждения, они решили опереться на «толпу особенно переживательных людей», добровольно формирующих углеродную экономику.
Эта тенденция не ограничивается Австралией. Канадский банк Vancity, в союзе с Ecolytiq, также запустил программу для держателей карт Visa, позволяющую отслеживать их углеродный след — по сути, персональный углеродный трекер.
В Ирландии рассматривались квотные сертификаты, охватывающие всю экономическую сферу: всем взрослым предполагалось выдавать равные доли национальных разрешений на выбросы. Такие документы планировалось реализовывать через банки и почтовые отделения гражданам и компаниям, использующим ископаемое топливо.
В Калифорнии рассматривалась система торговли углеродом для бытовых хозяйств, регулируемая коммунальными службами.
Во Франции проводились исследования по централизованному управлению торговым доступом на транспортировку углерода, связанному с личным транспортом.
Учёные из Гронингенского университета выдвинули идею внедрения общеевропейской торговли выбросами для домашних хозяйств и транспорта в рамках существующей системы ЕС-ETS, где бесплатные квоты на углерод распределяются среди малых эмитентов пропорционально их прошлым выбросам.
Жители финского города Лахти имели возможность принять участие в экспериментальной программе PCA для мониторинга и торговли квотами на выбросы углерода, связанными с поездками и мобильностью. Из 120 тыс. жителей соответствующее приложение на смартфоны скачали 3000 человек, но только каждый третий пользователь заявил о снижении выбросов за счет преимущественного пользования общественным транспортом и велосипедами. Меньше 1% желающих — не вдохновляющий результат.
Так что же нам готовят?
Изначально данная в данной концепции предполагалось, что система выплат от человека сможет компенсировать примерно 40% углеродных выбросов от производства энергии в богатых странах. Это касалось личных расходов на транспорт, отопление, горячую воду и электричество.
Планировалось, что эти выплаты будут автоматически списываться при покупке топлива, а также включаться в счета за отопление и электричество. Те, кто превышал свою норму выбросов, могли бы докупать недостающие квоты на специальном рынке у тех, кто имел их в избытке.
Более радикальные идеи предусматривали учет выбросов всей экономики, включая продукты питания, услуги и общее потребление.
Цитата из статьи:
"Взрослому населению будет выплачиваться углеводородное пособие, которое можно будет перепродать другому человеку. Со временем его размер будет сокращаться. Такое пособие предназначено для покрытия ущерба окружающей среде, вызванного поездками на транспорте, отоплением домов, кипячением воды и расходом электричества.
Данная статья вызвала разные реакции. Некоторые эксперты и общественные организации выражали опасения, связанные с идеей персональных углеродных квот, рассматривая её как инструмент контроля над поведением людей и элемент технократической системы.
Вообще, идея «личных квот» — продукт разработки еще 90-х годов, время которого «пришло».
Как это работает?
Представьте, что у вас есть личные средства, но их траты ограничены определенной квотой. Превысив её, вы не сможете больше тратить свои деньги — все будет заблокировано. Вам придется либо ждать следующей квоты, либо покупать недостающие "единицы" у тех, у кого есть избыток.
Откуда берется избыток?
Вспомним российский опыт с нормативами энергопотребления: за минимальное потребление — обычный тариф, за превышение — многократно увеличенный.
Цель — отбить желание тратить больше. Хотя судьба этой идеи в России неясна из-за геополитических изменений, если применить этот принцип, избыток будет у тех, кто полностью откажется от потребления, добровольно ограничив себя.
На уровне государств это выглядит так: условная европейская страна манипулирует отчетностью, чтобы засчитать сокращение выбросов от развивающихся стран как свое собственное. В итоге, они продолжают загрязнять как прежде, но по документам все выглядит идеально. При этом сокращение выбросов на тонну CO2-экв. стоит около 100 долларов, а в развивающихся странах их можно купить за символическую плату.
Кредитка, которая отслеживает «углеродный след»
Каждому человеку будет выдаваться кредитная карта, которая отслеживает «углеродный след» держателя. После каждой покупки, сделанной с такой карты, владелец будет узнавать ее «экологическую цену» — сильно ли он загадил природу на этот раз или обошлось?
В какой стадии зеленая тема сейчас в России
В России тоже есть элиты, которые двигают зелёную тему.
В конце 2015 года мир объединился, подписав Парижское соглашение, которое обязывает страны сокращать вредные выбросы в атмосферу. Одним из инструментов реализации этой программы является углеродный налог, уже действующий во многих государствах, включая Данию, Германию, Индию и Китай.
Россия присоединилась к Парижскому соглашению в сентябре 2019 года.
Для выполнения взятых обязательств в ноябре 2020 года был подписан указ о сокращении выбросов парниковых газов, а Правительство разработало стратегию низкоуглеродного развития до 2050 года. В этой стратегии подчеркивается необходимость баланса между финансовой стабильностью и климатическими рисками при возможном введении сбора за выбросы углекислого газа.
В настоящее время в России введение углеродного налога находится в обсуждении.
Однако уже в 2022 году на Сахалине стартовал пилотный проект по углеродному регулированию.
Его суть заключается в системе квот: предприятия обязаны отчитываться о выбросах и платить за превышение установленных лимитов. Цель эксперимента – достичь углеродной нейтральности острова к 2025 году, а сам проект продлится до 2028 года.
По примеру Сахалина, другие регионы, такие как Башкирия, Хабаровский край, Иркутская и Калининградская области, также выразили готовность участвовать в подобных экспериментах.
Подводя итоги
Проблема сокращения выбросов углерода представляет собой гораздо более продолжительный вызов, нежели пандемия Covid19. Она также открывает более широкие возможности для интеграции элементов контроля в повседневную жизнь граждан и управления экономикой.
Введение углеродных единиц для товаров и транспорта позволит регулировать объемы и структуру потребления. Кроме того, торговля углеродными квотами, создает новый, обширный рынок с огромным потенциалом для получения прибыли. Неудача саммита COP26 и продолжающийся рост выбросов, несмотря на многолетние усилия, подталкивают к переносу ответственности за сокращение выбросов на потребителей. Это происходит в то время, как крупные нефтегазовые и энергетические компании, вероятно, получат снисхождение, даже в случае увеличения потребления угля, при условии обеспечения стабильного энергоснабжения.
Планы глобалистов действуют только тогда, когда у страны нет суверенитета. Приоритет его неоспорим и ставится выше любых внешних договоренностей.
Недавно президент России Владимир Путин заявил, что приложил значительные усилия для интеграции страны в "цивилизованный" мир. Однако этот мир, продемонстрировав неадекватное поведение, отверг Россию, открыто объявив русофобию основой своей политики. В связи с этим, по словам лидера страны, Россия будет двигаться своим курсом.
Будем надеяться, что любые подобные действия Запада, включая предложения вроде "личных углеродных квот", никогда не будут представлять для нас угроз.
