Невеста для Кощея: поцелуй судьбы

Пролог

Недалече от сего дня повстречались на перекрестке дорог Хорс со Стрибогом. Не сказать, что они были друзьями, но и врагами назвать их нельзя было. В молодые годы силой да хитростью мерялись. А кто в молодости не балуется. Но не смогли найти они золотой середины, так и повелось с того времени как встретятся так и поведут давний спор меж собой. Встреча, о которой ведется сказ, стала не исключением. Не повезло Хорсу в этот раз, проиграл он свой день Стрибогу…

А в ту пору на Земле в глубоких раздумьях сидела матушка Макош перебирая нити клубка жизни Ясны. Вились они свободно без узелков, были туманны, шелковисты и нежны. Да, вот только после четверти свитого клубка вкраплялись в них серебряная и золотая ниточка. Переплетаясь туго между собой, создавая кружева узоры: затейливо переплетаясь с истинными нитями судьбы давая им яркость и переполненность чувств.

Матушка смотрела на них в задумчивости, перебирая их пальцами, чувствовала их сопротивление, упругость и настойчивость. В другой руке она держала изящные ножницы, поданные её НеДолей вот уже аккурат как полчаса. И никак не могла решиться на какие-нибудь действия.

Стрибог сегодня гулял: облака проносились по небу как мячи в лапте. Ветер шумер в дубравах, шевелил воды рек и озер. Веселился Стрибог отрабатывая выигрыш, шумел и проказничал. Макош наблюдала за его весельем из своей глубокой задумчивости, давненько с ней такого не было.

— Доброго дня, матушка! — В тишине раздался глубокий голос Кащей. Макош перевела взгляд на мужчину. Тот же с горечью в глазах поклонился.

— И тебе не хворать, Владыка. Так пришёл, али нужда привела?

Кащей тяжело вздохнул и обмяк неожиданно. Сел на табуреточку поставленную не заметно Долей рядом с Макош.

— Измучился я матушка. Не могу больше так. — Замолчал горестно Владыка, и снова продолжил:

— Не могу пожаловаться на жизнь: и жена у меня красавица и умница, и дети ладные. А не жизнь мне. Гложет меня изнутри тоска. Тянет меня к ней. Видит Род, боролся я долго, но, увы… Приду, постаю на краю поляны, встречусь взглядом с её глазами и ком в горле застревает. Не идут слова проклятые. А она стоит и молчит, смотрит словно ждет от меня этих слов, затем махнет рукой и в терем войдет.

Макош мягко погладила седовласую голову Владыки и тихо вздохнула.

— Тебе ли не знать, что против законов жизни не пойдет никто. Так случилось. Обратно не повернешь. Ей тоже тяжело, живет любовь к тебе у неё в сердце. Но приняла она условия новой своей жизни, отбросив все, что было в прежней. И ты должен принять их, а если нет, ты знаешь всё обратиться, что тогда делать будешь?

— Не забывай кто ты Владыка! — Наставительно добавила Макош.

После последней фразы сильнее склонилась голова Кащея. С порывом ветра простыл его след как будто его и не было здесь. Макош же решительно отложила ножницы в сторону и тихо прошептала:

— Пусть случиться то, что должно. А далее видно будет.

Клубочек был отложен в специальную корзинку, Макош занялась своими повседневными делами. Пошла проверять работу Доли и НеДоли.

Глава 1

Зима в этом году пришла лютая. Корочун бесчинствовал. Как люди его не задабривали, он не желал выполнять их просьбы. Лют и зол он был. Изгнал его Род на землю и запретил возвращаться в стан богов до срока назначенного им. Вот он и бесновался.

Ясна в ярком полушубке, высоких меховых сапожках по скрипучему снегу легко ступала по едва заметной тропке. Её густые серебряные волосы были заплетены в толстую тугую косу. Вот ещё не много и она выйдет к обрыву. Проснулась она, когда ещё небо было блёклым с каким-то особым спокойствием в душе. Она шла на обучение и размышляла об этом. Ей казалось, что сегодня будет особенный день. Лесные звери обычно провожали её, но сегодня было особенно морозно и все кто мог, попрятался по норам и дуплам. Она шла в полной тишине, даже ветер не беспокоил верхушки великанов кедров. Лес поредел, и в его проплешинах были заметны шалашики, составленные для мелких и средних жителей леса мастерами, ходившими рамышлять. Неожиданно верху послышался тихий шорох, Ясна, подняла голову посмотреть, что там такое. И можно сказать не зря это сделала. На неё с огромной скоростью летел сноп снега, сорвавшийся с ближайшего великана кедра, она быстро перенеслась вперед. Через мгновение место, где она стояла, окутало снежное облако, а когда оно рассеялось там появился огромный сугроб. Ясна хмыкнула, перекинула косу обратно за спину и вышла из лесу.

В лесу опять воцарилась тишина. Верхушка кедра осторожно отклонилась и миру явилась симпатичное лицо незнакомца, он лукаво с хитрицой посмотрел, что делается там внизу. Не увидев никаких повреждений облегчённо вздохнул и с любопытством бросил взгляд вслед девушке, её и след простыл остался только витать лёгкий шлейф загадочности, который будоражил даже сильнее чем сама встреча.

Здесь на утесе даже в самую спокойную погоду всегда был ветер. Голая каменная площадка упиралась в скалу, где была вырублена огромная каменная печь. Сама печь была необычна и заговорена самими богами: Стрибогом и Хорсом.

Горнило печи было огромным, в него помещался взрослый мужчина в полный рост. Бок печи выступал на площадку перед обрывом, в нем было сделано отверстие для закладки дров и маленькая заслонка. Когда Ясна, появилась на площадке там уже собрались люди. Поодаль от печи стояла группа молодых женщин с детьми на руках рядом с печью три учителя в белых одеяниях и Весник.

— Что‑то ты девочка не торопишься, сказал Велимурд, али забыла, что сегодня обряд «перепекания». — Ясна поклонилась учителю и тихо молвила.

— Прости, батюшка, Баюшка мой ножку повредил, лечила его. — Велимудр лишь покачал головой и подошел к остальным. Ясна тихо отошла к Веснику и встала рядом. Тот бросил на неё взгляд и подмигнул.

В это время учителя тихо обсуждали между собой сегодняшнее событие, мороз разгулялся, облака быстрее побежали по небу, выглянуло солнце заискрился снег женщины с детьми приободрились.

— Солнце показалось пора начинать. — Весник подал Ясне охапку заговорённых трав и перешёл к огромной печи.

В это время Велимудр вышел на середину площадки раскинул руки призывая к себе силы и энергии земли и солнца. Вихрь подхватил снег, поднял вверх, лучи солнце испарили его, превращая в лёгкий пар, который поднялся в синеву неба.

Велимурд опустил руки и коротко кивнул, от группы отделилась молодая женщина, у нее на руках в забытье был мальчуган лет пяти.

Ясна уже стояла возле тлеющих углях со стороны обрыва, она тихо шептала заветные слова и мерно подкладывала к дровам заговорённые травы, когда печь стала теплой Весник убрал заслонку горнило пахнуло тёплом и травами. Отойдя в сторону, он нажал плечом на выступ печи в этот момент из горнила стал медленно выдвигаться каменный «язык» печи. Когда «язык» выдвинулся, Весник отошел от уступа.

Ясна мягко и тихо ступая, подошла к женщине и протянула руки. Та с опаской и тревогой в глазах передала ей бредившего ребёнка. Ясна улыбнулась ободряющее и аккуратно понесла ребёнка к печи удобно уложила его на «языке» положила рядом заговорённые травы и отошла в сторону взялась за заслонку. К этому времени учителя растворились за каменой стеной остался только Велимудр. Печь Рода начала своё исцеление дрова ярко пылали, отдавая тепло камню. Весник снова нажал на уступ «язык» начал медленно задвигаться внутрь. Одновременно с этим внутри печи начала опускаться каменная заслонка, отгораживая ребёнка от живого огня. Когда «язык» полностью погрузился в горнило Ясна закрыла заслонку.

Мальчик тихо лежал на каменном ложе, медленно двигаясь вглубь горы. Вдалеке забрезжил не яркий свет. Дыхание ребёнка из прерывистого стало спокойным, его подхватили крепкие тёплые руки и погладили по голове. Мальчик открыл глаза и посмотрел на человека. Мужчина средних лет легко, но крепко держал его на руках и улыбался:

— Теперь все будет хорошо, малыш. — Улыбнулся он.

Каменная стена отошла тихо в сторону, и он вышел на площадку. Молодая женщина больше не могла стоять в ожидании бросилась к нему навстречу. Весник осторожно передал ребёнка матери. Мальчик перевел взгляд на женщину, слабо улыбнулся и погрузился в сон.

— Теперь всё пойдет на лад. — Тихо глубоким голосом произнес Весник. — Неси его в дом и не тревожь. Должен спать.

Женщина поклонилась Веснику и молча, скрылась за стволами вековых кедров. Обряд продолжился в таком же порядке, женщины отдавали детей Ясне и получали их от Весника. Уже звезды зажглись на бархатном небосклоне, а Ясна и Весник работали слаженно и умиротворённо не жалуясь и не скупясь на добрые ободряющие слова людям. Никого не осталось когда наступила полночь Ясна отерла вспотевший лоб и присела на приступок около утеса. Весник завершил манипуляции с печью и тихо присел рядом с ней.

— Устала?

— Не много, но это приятная усталость. Посмотри, скольким людям мы сегодня помогли. — Улыбнулась она.

— Проводить, тебя? — Весник чуть покраснел.

— Меня? Проводить? — Рассмеялась как колокольчик Ясна. — Мы ведь закрыли эту тему, не так ли? — Она лукаво посмотрела на мужчину. Тот лишь слегка кивнув. Ясна легко коснулась его щеки губами и лёгким шагом устремилась к лесу.

Весник печально смотрел ей вслед, пока её цветастая юбка не перестала мелькать среди деревьев. Но вот Ясна совсем потерялась в глубине леса, он тоже собрался уходить как неожиданно замер и с задорной улыбкой повернулся в противоположную сторону.

— Ах, хитрец, а мы, то думали, что он путешествует и не вернется в срок. Как же мы ошиблись. — Весник неожиданно бросил огромный снежок в противоположную сторону леса от того места где скрылась Ясна. И тут же снежная пелена пала и ему навстречу двинулся высокий плотный мужчина с бородкой путешественника и смешливыми голубыми глазами. Он легко опирался на свой резной посох, который был вровень с его головой.

— И как долго ты здесь? Много ли слышал и видел? — С хрипотцой в голосе, что выдавало его внутреннее волнение, спросил Весник.

— Да почти ничего не слышал и очень мало видел. — Пробасил молодой мужчина, обнимая друга.

— Ах, хитрец, — усомнился Весник. — Почему же не показался раньше?

— Не хотел вас отвлекать от обряда. Ведь это важное дело. А что это за девушка? — как то сразу без всяких переходов спросил Вел.

— Как? Ты не знаешь Ясну? — Удивление и любопытство сквозило в голосе друга.

— А что должен знать? — Ещё более заинтересованно спросил Вел.

— Её все знают, — как то сразу сник Весник. — Она была невестой Владыки.

— Кащея? - Вел, словно остолбенел. — А как же Морена?

— Да, венчание не состоялось. - Всё также уныло ответил Весник. — Кащей женился на Морене. Но так и не смирился, говорят с потерей Ясны.

— Да? — Вел задумчиво посмотрел в ту сторону, где скрылась девушка. — Видимо я действительно долго отсутствовал, раз не знаю о таких переменах.

— Ну, я надеюсь, что ты мне расскажешь о том, что здесь происходило пока меня не было? — Он обнял друга за плечи, и они медленно направились к каменной нише, которая так любезно перед ними открылась.

Буду ждать ваших откликов на прочитанное. Мне важно ваше мнение.