Дети, школа, буллинг: как защититься?

Конфликты в школах становятся все жестче. Дети снимают драки, избиения на видео. Нарастание угроз носит накопительный фактор и реакции происходят не сразу. Напряжение растет: сначала буллинг, потом вымогательство, потом угрозы, шантаж и уже пик конфликта — нанесение побоев. Ожесточённое, нередко до больничной койки… Поговорим об этом подробнее.

Буллинг в школе: о причинах явления

Поведение детей копирует взрослых. В век открытой информации — обо всем можно прочитать, и любой человек оставляющий следы в интернете (подавляющее большинство) так или иначе сталкивается с своим «социальным зеркалом». Школьники и подростки учатся на авторитетных примерах, в частности на родительских, считая реакции взрослых за допустимую норму, а потому и копируют их. Аргументы находятся у всех сторон.

Это отражение современной ситуации: с одной стороны, обоснованный кризис доверия между людьми и к власти, с другой — желание блистать и влиять, а для сего — накапливать активы. Активы (материальные и не-) укрепляют уверенность, устойчивость к вызовам времени, дают шанс к лидирующим влиятельным позициям.

Влиятельная позиция или лидерство — одна из причин борьбы за блага, в социальном соревновании, актуальная во все времена. Сегодня к этому примешиваются и особенности ситуации. Наиболее успешен тот, кто является лидером мнений, а это немыслимо без провластного мировоззрения, с паттернами поведениями, соответствующими политике лидеров государства.

Не обязательно быть политиком и вообще серьёзно к ней относиться, ибо власть — прежде всего видимость; более успешны всегда беспринципные люди с навыком подстройки под обстоятельства. Но и это не новости. Согласно Г. В. Ф. Гегелю, каждый человек стремится к осуществлению своих прихотей, а за это, между прочим, полагается расплата. Единого блага нет и не может быть; есть благо одних за счёт других.

Но в теме школьного буллинга ровесников и младших, слабых, опять же важны авторитетные примеры. Если первый гражданин любезного нашего Отечества публично применяет в лексиконе фигуры речи «мочить» [в сортире] и «душить» [касательно иностранных IT компаний и их ПО], что легко верифицировать по интервью, то отчего бы не повторить это в реальной жизни? Главное — подобрать подходящую основу-мотивацию и правильно свои действия разъяснить (ежели спросят). К примеру, у абсолютно каждого можно найти недостатки, и почти каждого можно спровоцировать.

Вы удивитесь, узнав о наиболее частной «отговорке»-пояснении в «объяснительных» — как это субъективно описывают (не сговариваясь и во все времена после изобретения письменности) люди в свое оправдание. Аргумент железный — «меня спровоцировали». Вы удивитесь, что «процент» добровольных признаний представителям дознания и следствия правоохранительных органов при пост-опросе противоправных действий не превышает 3–5 из 100 возможных. В основном людям свойственно находить для себя любые оправдания и обвинять других, дескать «я не виноват», «мне не создали должных условий», «он сам напросился». Это типично и для современных школьников.

На видео снимают и выкладывают в сеть — по той же причине — нивелировать значение оппонента и показать свою силу (не физическую, а лидерство). Это тоже повторяет действия взрослых в социальных сетях с давно известной подоплёкой — истребить инакомыслие, убрать конкурента способом обесценивания и маргинализации, самоутвердиться за счёт него. То есть получить или сохранить власть в коллективе и или микро-группе с одинаковыми ролевыми ожиданиями.

Все то же, о чем писал ещё признанный мастер психологии и личностного роста Дейл Карнеги:

одно из главных желаний и потребностей человека — желание быть значительным.

Ему вторили многие, в частности и признанный в научном сообществе бывший наш соотечественник, мэтр психологии А. Маслоу, известный во всем мире, кроме прочего, своей «пирамидой базовых ценностей» личности, носящей его имя.

Учителя и буллинг = бездействие?

Прецеденты бездействия, конечно, есть — но не стоит обобщать… И «проверка» фактов не всегда только на бумаге. Но…

Учителя не прилетели к нам с Луны. Они чьи‑то матери, отцы, дети, близкие родственники. Они «обращают внимание», и «замы» работают, в том числе в тесной взаимосвязи с районными комиссиями по делам несовершеннолетних (КДН — коллегиальные органы системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних, созданные органами местного самоуправления). В том числе осуществляют номинальный контроль и проводят «профилактические мероприятия».

Однако, общеобразовательная (основная) школа — не воспитательный дом в полном смысле. Сотрудники образовательного учреждения (плохо это или недурно — другой вопрос) действуют по чётким регламентам и методическим указаниям — методисты в том числе РОНО и «комитетов (отделов, управлений) по образованию» городов формируют указания учителям. По всей цепочке работают якобы профессионалы, имеющие классность и квалификацию, регулярно проходящие аттестацию (не номинально) и получающие относительно значительные зарплаты.

В результате все избыточно «зарегламентировано» с благой целью – «для обеспечения безопасности». А если ты не согласен - «работать у нас не будешь». Такова позиция государственных структур.

Номинальный-то порядок поддерживают, и отчёты о проведенных мероприятиях наверх пишут регулярно. Но проблема эта — не школы. И не вполне — отдельной развивающейся личности. Проблема надличностная — общества и государственной организации. Все всё видят и понимают, поэтому чиновникам и учителям нужно на местах удержаться, а сверх регламента никто не желает брать ответственность, проявлять инициативу, и по сути, собственным благополучием рисковать. Ибо со всех сторон за такую инициативу можно «огрести» последствий — от потери профессионального реноме, до критики в открытом поле, увольнения или привлечения к ответственности при наличии к тому оснований.

Родители при случае тоже молчать не станут, а у каждого ребёнка есть родители-защитники. Это и есть кризис отсутствия доверия к власти и в целом кризис доверия социальных страт. Главная причина в этом, а невнимательность (а иногда и неприятие) детей к учителям, воспитателям, порядку или сверстникам — лишь причинно-следственная связь.

Буллинг в школе, что делать?

Проблема и причины изложены выше — «больны или недостаточно обследованы» все. В законы и НПА вносят типично изменения с теми или иными ограничениями, это механизм, регламентирующий отношения, иногда карательный.

Нет ещё таких законов, приказывающих любить другого, относиться со вниманием, ставить себя на его место, изменять прежде всего себя (не других), и использовать критическое мышления. В России на протяжении веков не было такого социального опыта, кроме частных случаев.

Поэтому государство-то пытается регулировать и «обезопасить» (прежде всего свою власть), но исполнители — это люди. И всегда есть человеческий фактор. И проблема в полной мере даже не российская, она международная. Поэтому на федеральные законы особой надежды нет и не может быть.

Во-первых, в России традиционно общество (по причинам, изложенным выше) относится к положениям законов условно, во-вторых, к законам всегда следует порядок их исполнения — а это отдельный прописывающий регламент документ, и в-третьих (и главное), кроме «закона» для положительного результата в школе надо обеспечить и «условия», в том числе уважительного психологического общения (причем сначала, до выхода «закона»), а их в полной мере нет и не предвидится.

Ситуация похожа во многих сферах — от школы до парковок во дворах многоквартирных домов в мегаполисах. Причины фундаментальны.

Изменение в законах — это паллиатив, полумера. Но, разумеется, лучше — чем вообще игнорировать ситуации. На мой взгляд, пора и необходимо пересмотреть роль и функции основной школы и части методики преподавания тоже. С внесением изменения в «правила», которые развешены в каждой школе на видном месте и их формально признают все учащиеся, учителя и родители.

Остальное (как уже отметил выше) проблемы не школы, учащихся и не педколлектива, это проблемы общества и государства. Люди в соответствии со своими свойствами, мировоззрением, характерными особенностями и паттернами поведения нередко вступают в конфликт интересов, даже ненавидят друг друга, и буллинг, вымогательства, иные сомнительные требования одних (формально равных) к другим процветают в полной мере как яркая форма ненависти, где унижение оппонента, нивелирование его ценности, является элементом борьбы за власть и лидерство, то есть социального соревнования.

Более всего (как в детском, так и во взрослом мире) люди не переносят не то, что другой (оппонент) плохо одевается, не следит за собой, дурно пахнет, или плохо учится, а то, что с ними не согласен. Поскольку именно это составляет субъективно воспринимаемую угрозу их собственному авторитету даже в микро-группе.

Буллинг: что делать ребёнку

Из практических и предметных рекомендаций ничего нового не придумано, но уместно вспомнить старые способы локализации неприятных впечатлений в основной (государственной) школе.

Прежде всего, это улучшение физической и ментальной (психологической) подготовки школьника. Это никто не сделает для ребёнка лучше, чем заинтересованные родители. В пользу пойдет всё — совместный спорт и новые знакомства (ребёнка) в профессиональной сфере, новые увлечения и занятия — а там и новые друзья. Спорт подходит лучше всего, так как укрепляет и физически и морально, даёт уверенность и устойчивость развивающейся личности перед вызовами времени (а их может быть много не только в школе). Причем хорошо, когда родитель показывает авторитетный пример и в спорте. Со школьником в хорошей физической форме затруднительно будет справиться иным «желателям» и провокаторам конфликтов.

Также можно рекомендовать при соответствующей подготовке более активно читать (ребёнку самому) классическую литературу по проблемам социальной психологии — чтобы понять причинно-следственные связи тех или иных обстоятельств. Поняв их, ребёнок укрепляется знаниями и владеет эффективными методиками противодействия нарушениям своих границ. Все остальные «прикладные» формы, такие как жалобы учителям или родителям на буллинг или драки, притеснения и унижения — лишь возможные, но не лучшие формы противостояния.

Другое и важное из открытых возможностей в том, чтобы выбрать самостоятельно образовательное учреждение, но не в когорте разных государственных школ (которые, хоть и имеют допустимую автономию выбора образовательных программных продуктов, но действуют по одним и тем же лекалам в части воспитательных функций и преподавания), а обучением в негосударственной школе.

Не первый год доступны для всех варианты как домашнего обучения, так и обучения в негосударственных школах. Среди разные и по рейтингу, и по форме, и по сути. Обучение в той же классной форме, свидетельства об окончании признаются на том же государственном уровне для продолжения (по желанию) образовательного маршрута в вузе. Нередко так называемые частные школы дают образование более разностороннее и лучшее, чем школа государственная.

А с учётом того, что в частных или негосударственных — количественно меньше учащихся в классе и лучше их качественный отбор, «все на виду» - меньше и межличностных конфликтов.

Причем цена за обучение в негосударственных школах, с учётом непрекращающихся (кое-где) поборов с родителей на «занавески», «стулья» и «туалетную бумагу» в государственных школах, не так уж и высока.

Выбор есть почти у всех.