Предатели Великой Отечественной войны: он не пожалел даже родного сына

Предатели Великой Отечественной войны 

В уютном тихом городке Вышний Волочек осенью 1988 года случилось событие, которое удивило многих жителей. Был арестован почетный пенсионер, ветеран войны и труда Федор Иванович Зыков.

Личностью он был примечательной. Высокий, сохранивший, несмотря на возраст, привлекательность, настоящий русский богатырь. К тому же Федор Иванович обладал особым даром — абсолютным слухом и музыкальностью, позволявшими ему играть любую мелодию без нот. Федор любил гармошку, часто брал ее в руки, и она пела свои душевные песни.

Федор Иванович жил одиноко, когда-то похоронил жену и сына, прошел через войну, плен, немецкий и советский лагеря, поэтому человеком был замкнутым, многое пережившим на своем веку.

Разве за такое арестовывают?

Но следователи специально отдела КГБ знали, кого брали. Зыков был не просто коллаборационистом и немецким карателем, на его совести тяжелым грузом лежали смерти тысяч людей и даже гибель собственного сына.

Биография предателя

Федя с детства считал себя не таким, как все, а человеком особой судьбы. Он полагал, что обстоятельства заставили его жить в тех условиях, которые он не заслужил.

Дело в том, что в официальных документах было написано, что он родился в 1919 году в деревне Жилотково Калининской области в крестьянской семье. Но сам мальчик был уверен в том, что является сыном помещика. Неизвестно кто внушил ему эту мысль, но Федя с детства охотно делился этой тайной с одноклассниками. Он считал, что в годы гражданской войны, спасая свою жизнь, местный барин оставил его в семье бездетных крестьян.

Правда это была или вымысел, трудно сейчас сказать.

Однако можно утверждать, что родители Федора действительно очень любили, баловали, называли солнышком. А он — светловолосый, голубоглазый, симпатичный — нравился окружающим. Федор пошел в школу, где и обнаружили его удивительные музыкальные способности, поэтому и посоветовали идти по этой стезе: он получил профессию мастера музыкальных инструментов.

Федор рано женился и уже в 20 лет стал отцом.

Зыкову было 22 года, когда началась Великая Отечественная война, она застала младшего сержанта, командира орудия зенитного дивизиона в Белоруссии.

Предатели Родины

При отступлении он попал в плен, где согласился сотрудничать с врагом. Бывшего советского сержанта направили в карательный отряд немца Шмидта, (от редакции: карательный батальон «ШМИДТ») действовавшего на Смоленщине.

Руководителями отряда был сам Шмидт и еще 4 немцев, остальные 600 человек набрали из советских военнопленных. Цели были однозначными: ликвидация партизан и мирного населения этого региона. И таких вооруженных формирований было немало, поэтому за 26 месяцев оккупации Смоленской земли геноциду подверглись 540 тыс. 268 советских граждан (согласно решению суда от 19 июля 2023 года).

Федор лютовал страшно, выслуживался, делал карьеру, от рядового карателя дорос до заместителя командира батальона. Новые хозяева щедро платили ему, к тому же он грабил своих жертв и складывал в тайный мешочек все золото и иные драгоценности, которые ему удавалось раздобыть.

При этом везде он возил за гармонь и в минуты отдыха от службы душевно играл на ней русские и немецкие мелодии.

Обычно каратели приходили в деревню, разбивались на пары или тройки, шли по домам, делали свое черное дело, затем поджигали избы. Потом считали трофеи. Кто-то этой работой гнушался, а Федору она нравилась, он чувствовал себя на своем месте.

Росло число разоренных отрядом сел и деревень (Верховье-Малышкино, Красница, Приголово, Лосево, Шахолово, Гуторово, Демяшенки, Казарино). Росло и золото в его заплечном мешке.

Зыков придумал схему, как переправлять это золото жене в Вышний Волочек. По его приказу жена все добытое мужем тщательно прятала.

При этом Федор мечтал стать среди немцев «своим», большое внимание уделял своему внешнему виду, чистил сапоги до блеска, утюжил форму, тщательно брился. Часто бывало такое, что Зыков даже во время похода с помощью маникюрной пилочки для ногтей приводил в порядок свои руки.

А в пьяном виде кричал:

«Я сжег весь Пречистенский район, сожгу Смоленск и всю Россию!»

Слова подкреплялись делами. Так однажды в руки карателям попал 17-летний школьник Саша Прудников. Он был связным у партизан. Зыков пытал юношу бесчеловечно, но тот ему ничего не сказал.

В отместку Зыков последовательно лишил его рук и ног, вырезал на теле звезды, ослепил и распял. А потом приказал привести карателей из отряда Шмидта и мирных жителей, чтобы они увидели, что он сделает с ними за неповиновение.

От увиденного местные жители падали в обморок, даже прожженных полицаев тошнило от ужаса, а Зыков только подсмеивался. Потом он приказал постирать свою одежду, а сам взял в руки гармонь и начал играть на ней какие-то бравые мелодии.

Суть предателя

В сентябре 1943 года Смоленская земля была освобождена от врага, но Зыкова как особо ценного кадра немцы забрали с собой. Он прошел обучение в городе Летцен, получил звание подпоручика и в 1944 году в составе полусотни власовских офицеров был послан в Освенцим.

Что он там делал, до сих пор остается до конца неизвестным, но судя по всему, он продолжил свою страшную службу врагу.

СМЕРШ заинтересовалась личностью Зыкова весной 1945 года при освобождении лагеря, потому что узники свидетельствовали о нем не как о заключенном. Но Зыков с пеной у рта доказывал, что он не изменник Родине, а военнопленный.

«Я с 41-го по 45-й был в плену у немцев!» — кричал он.

Таких, как Зыков подозрительных бывших советских военных было много, счет шел на тысячи. В итоге его обвинили в измене Родине и назначили в качестве наказания 10 лет лагеря.

Гибель сына

Из лагеря Федор Зыков вышел в 1953 году по амнистии, вернулся в Вышний Волочок. Там о его военных «подвигах» никто не знал, он мог начать жизнь с чистого листа.

Его жена к тому времени уже умерла, но рос сын, которому в ту пору было 17 лет. Парень считал отца героем войны, ждал его и обрадовался его приезду.

Что до конца произошло между отцом и сыном неизвестно, возможно, сын узнал о нелицеприятной биографии Зыкова, возможно, увидел его тайник с награбленным золотом.

Так или иначе 17-летний парень был обнаружен повешенным во дворе своего дома. Тогда гибель сочли его добровольным выбором, но позже следователь КГБ Алексей Кузовов, который вел дело Зыкова в 1980-е годы, установил, что отец помог уйти ему в мир иной.

Так убийца юного партизана Саши Прудникова стал и убийцей своего несовершеннолетнего сына.

Судьба предателя

Зыков боялся. Страшно боялся, что о его прошлом узнают и привлекут его к ответственности за содеянное. Поэтому он вел себя тихо, работал настройщиком на фабрике музыкальных инструментов. Жил богато, но не шиковал.

Есть версия, что он продолжал служить в немецкой разведке (ФРГ), был «спящим агентом».

С окружающими вел себя сдержанно, но никогда не позволял себе ни жестокости, ни грубости. Люди относились ему с уважением. А военкомат периодически награждал бывшего карателя юбилейными медалями в честь победы над фашистской Германией.

Органы КГБ долго разрабатывали план его ареста. И, как оказалось, были правы. У Зыкова дома была отравленная водка, один глоток которой мог дать ему возможность покинуть этот мир навсегда.

Арест стал для него неожиданностью, он заплакал и попросил разрешения выпить. Ему не разрешили, тогда он попросил дать ему возможность сыграть на гармони.

Это было позволено. И этот 69-летний убийца играл «Прощание славянки» и плакал.

Потом в его доме провели обыск, нашли очень большую сумму денег, а также вырезки из газет. Предатель собирал статьи о карателях Смоленской области. Видимо, понимал, что когда-нибудь придут и за ним.

Потом признавался следователю, что когда узнал об аресте в 1986 году его командира по отряду Шмидта Василия Тараканова, понял, что Васька обязательно сдаст и его.

К слову сказать, именно Тараканов и рассказал о зверствах Зыкова, об убийстве им партизана Саши Прудникова.

Его судил Военный трибунал Московского военного округа. 5 мая 1989 года в ДК железнодорожников Смоленска карателю был оглашен смертный приговор. И хотя тогда в СМИ уже раздавались голоса о том, что не стоит мучить этих «стариков», война давно прошла, здесь никто из пишущей братии не смог опубликовать ни одного слова в защиту этого жестокого палача.

В 1990 году Зыкова расстреляли.