Выделите текст, чтобы комментировать.
Честный рассказ о долге казака, работе инструктора и о настоящем патриотизме на поле боя и в тылу — в эксклюзивном интервью казака с позывным Робин.
Было ранение довольно тяжёлое в область головы. В 2018 году ушел, так как уже для себя понимал, что тяжеловато уже со зрением, как даже объяснить — чтобы ребят не подставлять. Просто ушел.
Но, видимо, судьба решила иначе. 25 февраля я уже сидел в поезде и двигался в сторону Симферополя.
Поступила боевая задача выйти колонной, группой, занять Камышеваху, населённый пункт. Задача была выполнена в кратчайшие сроки, буквально за 2,5 часа. То есть зайти, зачистить, закрепиться. К сожалению, меня немножко поцарапало, но спустя полгода, чуть больше, после операции, после восстановительных процессов — я до конца ещё сам не восстановился — вернулся снова сюда. Только уже не в качестве бойца, а в качестве инструктора, так как боец из меня сейчас, к сожалению, пока ещё никакой. Но с ребятами делюсь опытом.
Все, что пишется в книжках, — это одно. В любой ситуации, на любом участке линии фронта, на любой войне — книжки можно откидывать сразу в сторону. В книжках же не пишется, что там сидит столько противников, что он сейчас выйдет из‑за угла. А ты, когда это все делаешь, ты уже видишь, как тебе это сделать правильно. И то, что с ребятами сейчас занимаюсь, я делюсь тем опытом, который я сам набрал за все эти годы.
Я делаю так и ребят обучаю так всегда, как это делаю для себя, потому что если у ребят опыта совсем нет в той или иной сфере, а у меня этот опыт есть. То есть нужно выдавать, выжимать из себя максимум настолько, насколько это возможно, даже через силу, чтобы ребята, когда они пошли на выполнение боевой задачи, они просто оттуда вернулись. Поэтому даже те бывалые люди, которые приходят, у них я замечал, многие проявляют интерес. Они чему‑то новому обучаются, какие-то знания для себя записывают в голове, движения, что‑то новое увидели они, где‑то что‑то новое от них увидел я, и вот меняемся, делимся опытом.
Быть патриотом — это не просто слова, патриотом ты должен быть в душе. Даже находясь здесь, выполняя те или иные определённые задачи — я считаю, что это патриотизм. Если кто‑то не может принести пользу на поле боя, по себе чувствует, что не вывозит, — польза есть везде, в тылу, она есть везде. Если ты не можешь выполнять какие-то определённые задачи, это не значит, что тебя считают трусом либо ещё кем-то. Здесь такого нет, что «я боюсь». Да все боятся, и я боюсь, мёртвые только не боятся. Но есть у нас Родина, которая нуждается в нашей помощи, в нашей защите. Есть у нас семьи, дети, жены, матери, которые так же нами гордятся, так же нас ждут, так же которые хотят, чтобы мы уже поскорее вернулись домой, и, конечно же, каждый из нас, чтобы поскорее, наконец-то, уже все закончилось.
