Последние новости по делу Фаттахова: переписка может изменить ход процесса

Что скрывается за обвинениями во взятках? 14 апреля в Мензелинском районном суде в рамках уголовного дела в отношении экс-вице-премьера Татарстана Энгеля Наваповича Фаттахова исследовали переписку подсудимого с предпринимателем Алмазом Муртазиным. Ожидались компроматы и теневая бухгалтерия. А что же было на самом деле – читайте далее. 

А вот что там было на самом деле

Суд изучил скриншоты переписки, датированные 2019–2020 годами. Муртазин отправлял Фаттахову:

• счета на оплату стройматериалов (профнастил, саморезы, фасадные панели);
• коммерческие предложения с расчетом стоимости материалов и работ;
• сметы на облицовку камнем, монтаж, доставку;
• фотографии строящегося дома.
  Переписка рассматривалась судом в совокупности с другими материалами дела – в том числе счетами, фотоматериалами и ранее представленными документами. Отдельно от этого массива она не анализировалась.

Содержание сообщений сводится к обсуждению стоимости, объемов работ, сроков и поставок материалов – то есть к стандартным вопросам, возникающим при строительстве или ремонте.

Ни одного требования денег, ни одной фразы о «покровительстве». Только цифры, сроки и названия материалов.

По позиции защиты, если бы речь шла о незаконных договоренностях, это могло бы отразиться в формулировках переписки или характере общения сторон. Однако в представленных материалах таких признаков не зафиксировано.

Фото кабинета, которого не было

Самое интересное – фотография рабочего кабинета Фаттахова. Обвинение утверждает: именно там в марте 2018 года подсудимый и Муртазин договорились о взятке. 

Но Энгель Навапович заявил прямо: «Я на третий этаж не поднимался. Там ремонт шел».

В марте 2018 года кабинет находился на капитальном ремонте и еще не был готов. Встреча физически не могла там состояться. Фотография кабинета была сделана позднее.

Таким образом, стороны расходятся не только в оценке обстоятельств, но и в самом факте возможной встречи – защита указывает на физическую невозможность ее проведения в указанное время и месте.

«Не было этой встречи, – сказал подсудимый. – Он полностью врет. Это вместе со следователем они сочиняли».

Этот эпизод становится одним из ключевых: суду предстоит оценить, какая из версий подтверждается фактическими обстоятельствами.

Где обещанная взятка?

Защита обращает внимание: переписка не содержит признаков коррупционной сделки. В ней нет ни слова о передаче наличных, угроз или незаконных услуг. Есть только счета и коммерческое предложение на облицовку дома: камень 750 рублей за квадрат, монтаж еще 750. Стороны обсуждали цены, объемы и сроки работ. Обычный договор подряда, а не коррупция. 

Защита также указывает на структуру представленных документов: наличие смет, расчетов и коммерческих предложений соответствует практике возмездных отношений, а не безвозмездного выполнения работ.

«Это не взятка, это обычные хозяйственные отношения», – резюмировал Фаттахов.

По версии защиты, переписка доказывает обычные деловые отношения между заказчиком (Фаттаховым) и подрядчиком (Муртазиным). Ни одного документа, подтверждающего безвозмездность работ или вымогательство, в материалах нет.

В строительной практике подобный формат взаимодействия – с обменом расчетами, предложениями и уточнением стоимости – является стандартным. Именно такие элементы и зафиксированы в исследованных материалах.

Вывод, который напрашивается сам

Суд продолжает изучать материалы. Но уже сейчас ясно: главное «доказательство» обвинения – переписка – не подтверждает версию следствия. Счета, сметы и фото ремонта говорят об обратном: стороны обсуждали работу, а не преступление.

На данном этапе суд не завершил исследование доказательств и не дал окончательной оценки представленным материалам. Рассмотрение дела продолжается.